РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ И ЕЁ ВРАГИ стр. 52
были бы лояльными союзниками германской империи, если бы она предложила им такую возможность. Не только в Европе, но также на Ближнем Востоке поддержка евреями различных империй не знала себе равных. Перед их глазами еще стояли примеры царств Габсбургов и Гогенцоллернов, где к евреям относились гораздо лучше, чем в большей части славянских государств на востоке и юге. Как и прочие аспекты гитлеровского рейха, Холокост был продуктом современной патологии, а не традиционного имперского мышления.
Частично это было связано с тем, в каком направлении шло развитие международной экономики. Империя имеет экономический смысл в зонах протекционизма и закрытых торговых объединений. В эпоху свободной торговли, когда облегчился доступ к неевропейским товарам, рынкам и рабочей силе, империя теряла свою значимость. После 1945 года мировая экономика, в которой господствовали Соединенные Штаты, сделала свободную торговлю реальностью и в этом смысле приложила руку к делу упразднения империй. Более важным был факт, что в 1950-х и 1960-х годах самыми динамичными в экономическом смысле районами земного шара были Западная Европа; Япония и Америка, Даже чисто экономически, не говоря уже о политических выгодах, в конце пятидесятых годов имело гораздо больше смысла во вступлении в ЕЭС, чем в поддержании заморской империи и прямом контроле над ее товарами. Получалось, что успех в деле сохранения империи сулил метрополии гораздо больше проблем и неприятностей, чем неудача.
Гурки – название группы народностей в Непале, отличающихся своей воинственностью.
Как заметил американский обозреватель в середине пятидесятых годов, «термин "колония" стал немодным, ему на смену пришли обозначения типа "заморские владения Франции" или "заморские владения Португалии"». Впрочем, логика «заморской Франции», или «Algerie francaise вероятнее всего, подразумевала интеграцию в будущем бывших колоний в государство-метрополию. Что, принимая во внимание небелую иммиграцию или небелое влияния на выборную политику метрополии, было бы полностью неприемлемо как для Франции, так и для большинства европейских метрополий.
Algerie francaise (франц.) – французский Алжир.
Болезненный и значительный сам по себе, конец империи был только частью более масштабной и величественной драмы холодной войны. Независимо от того, можно ли считать США или Советский Союз империями, их конфликт был подлинно имперским. Впервые две великие державы оказались втянуты в соперничество, которое охватывало весь земной шар и было одновременно военным, экономическим и идеологическим. Американский либерализм и советский социализм были родственными идеологиями. Обе уходили корнями в европейское Просвещение восемнадцатого века и британскую политическую экономию девятнадцатого века. Обе опирались на то, что история человечества была и остается историей прогресса. Обе полагали, что счастье и благоденствие человечества может быть достигнуто благодаря развитию науки, покорению природы и увеличению благосостояния.
Но в этих идеологиях и их практическом применении, в исторических культурах и обществах, где их культивировали, существовало достаточно различий, чтобы рассматривать холодную войну как конфликт цивилизаций.
К счастью, у обеих сторон не нашлось нового Гитлера, который мог бы придумать тактику или технологию реальной победы в ядерной войне – победы не слишком дорого стоящей и, следовательно, «рациональной». И хотя балансирование на грани войны, неверные расчеты и случайности вполне могли привести к катастрофе, этого, к счастью, не произошло. Если исключить вероятность крупного военного конфликта, шансы Запада выиграть холодную войну были несравнимо больше. Ресурсы США безоговорочно превосходили ресурсы Советского Союза. Кроме того, их