Рождение шестого океана стр. 5
медленно сползали налево и вниз – благодаря земному вращению.
— Не вижу никаких ракет,
Астроном заглянул в искатель, поправил трубу рукой.
— А теперь?
Рокотов посмотрел еще раз и увидел на темном фоне радужную струйку, как бы лоскуток полярного сияния. В струйке сплетались зеленые, оранжевые, фиолетовые нити. Меняя форму и оттенки, они перемещались среди звезд.
— Наши?
Астроном, радостно улыбаясь, кивнул головой.
Рокотов порывисто потряс его руку:
— Спасибо! Значит, получилось! Доказано! Подумайте, какие молодцы, эти Новиковы! Юлий Леонидович, вы слышите? Молодцы ваши Новиковы!
Сияющий Ахтубин бросился к телефонистам
— Соедините меня с Джанджаристаном. Там ждут с нетерпением.
Он начал оживленно что-то говорить в трубку
и вдруг замолк на полуслове. Лицо его вытянулось.
— Вот так история, – сказал он растерянно. – В Джанджаристане несчастье. Убили президента. Конечно, теперь им не до нас...
Глава втораяСЕМЬ НЕПРОШЕНЫХ ГОСТЕЙ1Внезапная смерть всегда потрясает людей, стариков в особенности. Время бежит быстро, когда оно заполнено заботами. Не опоздать бы на совещание, внучке купить куклу, взять на август путевку, заказать книжные полки, сдать работу в первом квартале и немедленно приступить к новой, самой важной. И вдруг вмешивается костлявая рука и вычеркивает нас из домовой книги. Для чего же было заказывать полки и покупать путевку в Кисловодск?
Ахтубин был особенно потрясен убийством, потому что ему приходилось встречаться с президентом Джанджаристана. Он хорошо помнил морщинистые веки, крючковатый нос, сиплый голос, сдержанную скептическую улыбку. Подумать только, теперь нет ничего — ни улыбки, ни человека!..
Впервые Ахтубин увидел президента Унгру за несколько лет до полета Новиковых в ионосферу — в тот день, когда была объявлена независимость Джанджаристана.
Не ищите Джанджаристан в географическом атласе. На картах 1959 года он обозначен розовым цветом, таким же, как одно из европейских государств; на нем надписано: «Евр. Ю.-А. влад.». «Влад.» — это значит владения. Только немногие знали, что там живут два народа — джанги и джарисы и более ста небольших национальностей, что все они ненавидят угнетателей с розовым флагом, борются и жертвуют жизнью за то, чтобы «Евр. Ю.-А. влад.» назывались независимым Джанджаристаном.
...И вот желанный день наступил. На просторной площади перед беломраморным дворцом губернатора выстроились друг против друга два батальона. Справа — бывшие завоеватели, одетые в тропическую форму: пробковые шлемы, клетчатые рубашки, короткие, до колен, штаны. Слева — национальные войска в самых экзотических нарядах, с конскими хвостами на копьях, с кривыми саблями, верхом на верблюдах и ослах. Молоденький капитан колониальных войск и командир повстанческих отрядов князь Гористани смотрели друг на друга одинаково презрительным выражением на лицах. Князь был в парчовой одежде с меховой опушкой, изумруды и рубины — на рукоятке сабли, на золотом шлеме — перья.
«Солнце печет по-январски», — писали в этот день местные газеты. Солнце сверкало на кончиках копий, на золотом шлеме князя, нещадно обжигало гостей-северян на открытых трибунах. Ахтубин отирал пот и глотал воду со льдом из термоса, презрев предписание врачей, которые запрещали ему пить больше трех стаканов в день.
Наконец, ровно в десять утра загремел национальный оркестр (барабаны разного размера и длиннющие трубы, слишком визгливые и громкие для нашего слуха), и на балкон губернаторского дворца вышли министры нового правительства, одетые кто по-европейски — в белых сюртуках