Рожденные в огне стр. 143
периодически во время таких совещаний брала на себя роль громоотвода, заметила:
– Однако же это риск.
– Не больший, чем подпустить врага к собственной планете. Так, все, прения закончены, решение принято. Дальше остаются Корф, Лурье, Устинов… Иван Кириллович, вы тоже. Будем рыться в планах наших штабных. Глядишь, найдем-таки жемчужное зерно. Отто Оттович, распорядитесь готовить курьерское судно – мне нужен Вассерман… и его умение вести переговоры. Сам бы пошел, да времени нет.
– Возможно, стоило бы рассмотреть иные варианты, – Гуттенберг, как обычно, не видел берегов. Александров прищурился:
– Откупиться хотите?
– Возможно…
– Повешу, – не дав ему договорить, очень спокойным тоном бросил адмирал. – Вам сказано, что решение принято? Извольте исполнять. Нужен будет совет – спрошу.
Гуттенберг замолчал, но, судя по его роже, был крайне недоволен. Когда лишние люди вышли, Устинов, не удержавшись, спросил:
– Если он тебе так не нравится, почему ты его не сменишь?
– Сменю. Как найду лучшего министра финансов, так и сменю. А пока давайте все же разберемся, что и как мы можем противопоставить нашему визави.
Совещание длилось почти три часа, и к его окончанию были выпиты литры кофе, сожрана гора бутербродов, сказано много неприличных слов и утвержден план действий. Сразу после этого ушел курьер к Вассерману, обосновавшемуся со своей эскадрой в системе планеты Малый Гангут, и началась мобилизация флота. От того, насколько четко сработают все, даже самые малые его кусочки, зависело, быть Уралу или не быть. Победа ценой большой крови Александрова не устраивала категорически, равно как и падение Конфедерации. В конце концов, угрозу со стороны закончивших вроде бы местечковые разборки восточников никто не отменял. И воспользуются они моментом наверняка. Так что стоящая перед ними задачка была делом не для слабонервных. Что же, чем страшнее, тем интереснее, именно так и обнадежил своих товарищей император-адмирал, закрывая совещание.
Планета Санта-Анна. Через неделю
Генерал Эйзенхауэр пребывал не в лучшем расположении духа. Что, впрочем, и неудивительно – слишком уж судьбоносные решения им с Мендозой вновь требовалось принимать. Именно поэтому он и не пошел спать, а сидел за столом, меланхолично прихлебывая весьма посредственное местное пиво, и страстно желал, чтобы эта ночь как можно дольше не заканчивалась.
Откровенно говоря, до сих пор решения, которые принимали два этих не особенно похожих друг на друга человека, оказывались вполне удачными. Главное, удалось не только выжить самим, но и вывести из-под удара семьи – и свои, и тех, кто пошел за ними. Мендоза не соврал, когда говорил Эйзенхауэру о том, что сумеет это сделать. Все же полицейский, начавший с низов и никогда не терявший связь с
«землей», способен на такое, что порой и не снилось работникам вроде бы куда более продвинутых спецслужб.
Вырвались, пробились… Даже собственное государство теперь, с неплохой армией и приличным флотом, имеется. А теперь вот приходится стоять на месте и злобно скалиться. А все почему? Да потому, что Александров, человек шустрый и решительный, подрезал им крылья на взлете. Пока они возились с каждой планетой по отдельности, он захапал сектор целиком. Масштабно император мыслит, ничего не скажешь. И в драку с ним лезть как-то не с руки – сметет. И Конфедерацию тоже укусить не получится – все же гигант потрепан, но вполне жив, и