Рожденный героем стр. 17
вкусу. Я обернулся к Ирин:
– Еще раз спасибо. Очень вкусно!
Она улыбнулась в ответ, потом, прищурившись, спросила:
– Куда же ты собрался, Лахлан? На битву с Хаосом?
Явная насмешка в ее голосе заставила Рорка нахмуриться, но я, как ни в чем не бывало, объяснил:
– Видишь ли, моя бабушка пожелала, чтоб на балу в честь Медвежьего праздника ее сопровождал один из внуков.
– Ручаюсь, дворцовые балы уже не те, что были при твоем отце и дяде, – заметила Ирин, многозначительно переглянувшись с Рорком.
– Ты, кажется, не раз побывала в Хаосе, – заговорил я, отставив миску с похлебкой подальше от Кроча. – Ты знала моего отца?
– Нет, мы не встречались, но его история известна каждому рейдеру. – Ирин слегка дернула плечом, словно сбрасывая тяжесть, и заговорила уже спокойнее:
– Твой отец повел в рейд "Доблестных Копьеносцев", и никто из них не вернулся из Хаоса. Твоя мать покинула столицу и уехала в отцовский дом. Когда она умерла, ты остался на руках у деда, – вздохнув, она добавила:
– Рейдерам лучше не заводить семью.
– А ты, Рорк? Ты знал отца?
Рорк, помедлив, покачал головой:
– Я, как и Ирин, слышал о нем, но не знал его самого.
– Но ты же сказал, что возвращаешь долг – ну, когда вытаскивал меня из этой истории с Феррисом. Что же ты имел в виду?
Рорк бросил короткий взгляд на Ирин и с улыбкой ответил:
– Там, в Хаосе, много странного. Есть места, где время движется быстрее, иногда намного быстрее. Ты успеешь состариться, умереть и рассыпаться в прах раньше, чем твои кости упадут на землю. Земля там покрыта белой пылью. Твой отец однажды заманил в такой круг гнавшегося за ним ха'демона. Я вспомнил об этом, когда мне пришлось туго, и воспользовался тем же приемом.
Мне пришлось удовлетвориться этим объяснением, хотя чувствовалось, что Рорк чего-то не договаривает. В то, что он уже шестнадцать лет не бывал в Хаосе, я верил. "Свет Хаоса" не заполнял его глаза, как у Ирин, а только слабо мерцал у зрачка. Значит, на его счету не больше двух рейдов в Хаос. Как видно, он столкнулся там с чем-то, что заставило его навсегда вернуться за Стену. Может, там-то он и потерял глаз. Тогда понятно, что он не хочет об этом вспоминать.
Я отправлял в рот последнюю ложку чечевицы, когда заметил на поясе Рорка еще один значок: красный силуэт всадника на черном поле. Поспешно дожевав, я радостно воскликнул:
– Ты шахматист!
Рейдер кивнул:
– Получил ранг странника всего пару месяцев назад, когда последний раз был в столице, – он взглядом пересчитал мои
нашивки и недоверчиво нахмурился, не увидев значка ранга в игре. – А ты играешь или только хочешь научиться?
– Я играл, но только дома, со своими, – объяснил я, улыбнувшись его недоумению. – Может, сыграем? У меня шахматы при себе.
Ирин застонала, а Крон заворчал, но Рорк укротил их одним суровым взглядом. Потом он взглянул на меня, и я в первый раз увидел на его лице счастливую улыбку.
– Расставляй, Лок! Я даже уступлю тебе «Империю» и право первого хода!
3
– Шах! – я с улыбкой передал доску Рорку. От этого движения мой плащ распахнулся, и холодный ветер с гор остудил мне грудь. Я поспешно запахнул