Рожденный героем стр. 59
– внук госпожи Ивадны.
Одна из женщин обернулась и отчеканила:
– Мы не сплетничаем, муж мой, а обсуждаем происшествие в Старом Городе. Помнишь Лысого Уго, пекаря, о котором говорили, что он якшается с Черной сектой? – Триона угрожающе шагнула к мужу, и я, зажатый между ними, почувствовал себя неуютно.
– Неподтвержденные слухи. Это все врет Йорик, чтобы перебить у него клиентов!
– Это ты так думаешь! А я тебе скажу, что нынче утром императорская полиция взломала его лавку, потому что она два дня не открывалась и оттуда завоняло. И что ты думаешь? Говорят, они нашли люк в погреб, а там настоящий алтарь Черной секты, а вся семья Уго – мертва!
– Убиты? – услышал я собственный тихий вопрос.
Триона торжествующе кивнула. Ее глаза сияли, как звезды.
– Не просто убиты, мастер Лок! Выпотрошены! Выпотрошены, как пойманная рыба, и к тому же чуть не целиком съедены!
10
Даже в эти праздничные дни новость об убийстве в Старом Городе оказалась неотразимо притягательна для населения столицы. В следующие несколько дней эта история пересказывалась и дополнялась. Так что к концу недели я уже слышал о целом сонме Черной секты, погибшем при попытке вызвать из Хаоса самого Фальчара, которому, видимо, не понравилась подобная дерзость. Образ смерти Лысого Уго и его семьи также варьировался от "превратились в иссохшие скелеты" до "в телах не осталось ни единой косточки, но они еще были живы и умоляли их прикончить".
Очень скоро происшествие окуталось такой завесой выдумок, что превратилось в настоящую легенду. Если бы не рассказ Трионы, в который так хорошо вписывался колдун бхарашади, я бы вообще отказался в него верить. Кит, узнавший об этом деле из своих источников, сказал мне не много, но достаточно, чтобы поддержать самые дикие мои предположения.
Хотя это происшествие, казалось, подтверждает мой сон, я не изменил своего решения молчать о нем. Кит со своими людьми проследил преследуемого до стен города и сейчас, по-видимому, искал признаки его присутствия в столице. Отвлекать его было ни к чему. Кит не хуже меня знал, что это создание владеет магией, и если существовали факты, связывающие его со смертью Лысого Уго, Киту они были известны. Все, что я мог ему предложить, это страшный сон, склеенный из обрывков детских сказок.
Без сомнения, маршал уже принял меры на случай наихудшего варианта – а именно, на случай, если окажется, что в столицу с неизвестной нам целью явился ха'демон-колдун. Правда, как я ни искал, я не видел никаких признаков тайной тревоги. Но ведь я был новичком в столице и не мог судить,
предпринимается ли что-нибудь сверх обычных мер предосторожности.
Праздничный сезон в столице проходил дольше и несколько напряженнее, чем в моей родной деревне. Нам приходилось только придумать подарки для друзей и родственников к одному только кануну Медвежьего дня, а здесь вечеринки составляли такую же непременную принадлежность зимы, как снег и лед. По мере того, как дни укорачивались и приближалась самая длинная ночь в году, лихорадочная атмосфера праздника все больше затягивала и меня.
В тот же день, когда мы с Марией выходили в город, Джеймс отвел меня к портному. Он обмерил меня во всех направлениях и засыпал образцами тканей со всех концов Империи.