Рожденный героем стр. 62
каждый новый день. Впервые оказавшись предоставленным самому себе, я чуть не взбунтовался, доказывая, что я достаточно хорош и без его упражнений. В конце концов вот я здесь, в столице, а он все торчит в своих Быстринах! Откуда ему знать, что для меня теперь лучше?
Но на деле выяснилось, что в столице я чувствовал себя чужим и нуждался в якоре, связывавшем меня с домом. Каждое утро, проснувшись прежде, чем солнце выкатывалось из-за горизонта, я заставлял себя выбраться из теплой постели и тащился в оружейную. Там, поеживаясь от холода, я принимался за растяжки и приседания, отжимался и стоял на руках. Привыкая к новой шпаге, я отрабатывал различные защиты и доводил себя до пота, сражаясь с тенью.
Однажды утром, переводя дух после выпада, насмерть поразившего врага, я услышал из-за приоткрытой двери аплодисменты. Прислонившись к косяку, в дверях стоял Кит.
– Глубоко же в тебя въелась адинова наука, Лок!
Я утер пот тыльной стороной руки:
– Глубоко. А тебе это не по нраву?
Концом рапиры я указал на пентаграмму из пяти стрел, вышитую у него на груди.
– Что ты понимаешь в его школе! У тебя уж, конечно, был другой учитель. Адин и под страхом смерти не взялся бы за лук.
Кит хитро усмехнулся:
– У вас в Харике хватает ума подпускать врага так близко, чтоб его можно было прикончить мечом.
– А у вас в Гераке не хватает смелости почувствовать дыхание врага на своем лице! – я надел на рапиру чехол. – Нам не к лицу перебраниваться, словно деревенским мальчишкам, кузен. У нас есть лучший способ выяснить отношения.
Сухопарый разведчик легко рассмеялся:
– Нам вообще ни к чему ссориться, Лок. Я тебе не враг. Могу тебе сказать, что меня, как и моего отца, пытались отдать в учение к Адину. Я выдержал примерно месяц – и за все это время даже кинжала в руках не держал – и решил, что с меня
хватит его самого и его науки. Я сбежал и наврал караванщику, что был похищен разбойниками. Я сказал ему, что моя бабушка озолотит его, если он вернет меня в Геракополис.
Я нахмурился, припоминая:
– Так это ты сбежавший ученик? Меня не раз пугали твоим примером. Я слышал, что тебя сожрали волки, или зарезали разбойники, или что ты замерз насмерть в глуши. Как только у меня что-то не получалось, мне грозили той же участью.
– Это все-таки лучше, чем когда тебя пугают гибелью наших отцов в Хаосе. Адин спрашивал меня, хочу ли я кончить так, как мой отец. В конце концов я решил, что вообще не желаю на него походить и учиться у человека, чья наука не спасла отца. Я пошел в ученье к мастеру-стрелку, чтобы убивать врагов издалека.
Я усмехнулся:
– И ручаюсь, он не давал тебе прикоснуться к луку побольше месяца.
Кит задорно тряхнул головой:
– Ошибаешься! Он в первый же день привел меня в галерею изготовленного им оружия, и, взяв лук, я попал первой же стрелой в цель за пятьдесят шагов. Потом он вручил мне кусок веревки и направил в лес за его хижиной: "Иди, мальчик, сделай себе лук. Приходи обратно с луком и тремя стрелами".
Кит вошел в комнату и уселся в