Руки вверх! или Враг №1 стр. 2

бежать не могу, так как имею ужасное расстройство желудка на нервной почве. ЫХ-000 куда-то исчез. Мяу молчит. А всем нам какой-то кеяк, кеюк или каёк. Жду срочных указаний. Погибать неохота. Ведь я так еще молод.

Двадцать три часа восемь минут шестнадцать секунд кричал, стучал кулаками и топал ногами, бился о стену своей огромной, без единого волоска головой начальник Самого Центрального Отдела полковник Шито-Крыто, багровея, бледнея, синея, зеленея, коричневея от дикой злобы и несусветной ярости.

Сотрудники отдела застыли в гробовом молчании…

Полковник Шито-Крыто умолк и замер, выпучив глаза, лишь тогда, когда на стол перед ним положили

Донесение третье

Бугемот и Канареечка арестованы. ЫХ-000 взята тентом маленького роста, типа школьника. Вторые сутки сижу в парке на дереве. Очень хочу есть. Не знаю, что и делать. Всем нам какой-то кеяк, кеюк или каёк.

Полковник Шито-Крыто оцепенел. Он сидел, выпучив глаза, потеряв дыхание, и его огромная, без единого волоска голова почернела от дикой злобы и необъятного горя. И вдруг он начал стучать этой головой по столу и кричать во всю глотку:

— Какой кеяк? Какой кеюк? Какой каёк?! Всех подвешу к потолку за левую ногу! Кеяк! Кеюк! Каёк! Сафрониго ту балд! (известное шпионское ругательство).

И в это время на стол перед

ним положили

Донесение четвертое,

самое важное

Надоело шпионить. Хватит. Почти добровольно сдался третьекласснику Толику Прутикову. Выдал я всех приятелей-предателей. Выдал всю нашу диверсионную группу «Фрукты-овощи» и организацию «Тигры-выдры». Чтоб всем нам был каюк. Чтоб полковник Шито-Крыто лопнул от дикой злобы.

Но, получив это ужасное известие, полковник Шито-Крыто не лопнул от дикой злобы. Он постучал по столу кулаками, потопал по полу ногами, три раза ударился с разбегу огромной, без единого волоска головой о стену и приказал:

— Всех шпионов ко мне! Срочно!

Ровно через одиннадцать с половиной секунд все шпионы стояли навытяжку в огромном кабинете своего грозного начальника, а грозный начальник орал:

— Мы оказались в дураках! Нас предали! Проклинаю агента ЫХ-три нуля! Найду его живого или мертвого и подвешу к потолку за левую ногу! Проклинаю третьеклассника Толика Прутикова! Уничтожу его во что бы то ни стало! Погибла вся диверсионная группа «Фрукты-овощи»! Рыдайте, шпионы! У нас необъятное горе! Рвите на себе волосы! Беда тому, кто зарыдает негромко!

И каждый шпион зарыдал во весь свой шпионский голос. И каждый шпион вырвал из своей шпионской головы хотя бы один шпионский волосок.

— А теперь в память о погибших — раз, два! — взвыли!

Шпионы взвыли с таким отчаянием, словно каждому из них грозила немедленная погибель.

Сам грозный полковник Шито-Крыто выл громче всех, потому что был здесь самым главным, самым злобным, самым подлым, самым жестоким, самым хитрым.

— Приказываю, — сквозь зубы хрипло процедил он, — всем быть на своих местах и без моего особого распоряжения ни есть, ни пить, ни спать! Только думать! Думать так, чтобы я слышал, как скрипят у вас мозги! Учтите, что провалилась не только диверсионная группа «Фрукты-овощи», но и шпионская организация «Тигры-выдры» в целом! Это не только позор, но и ужас! Чтобы реабилитировать, то есть оправдать себя в глазах