Рукопашная с Мендельсоном стр. 147
их прослушать! Держал в руках, рисковал собой, Иваном и лишился возможности первым узнать важные сведения.
– Не люблю такие моменты, – сказала Лайма сердито. – Ты во всем этом участвовал, и ты же ничего не понимаешь.
– И я ничего не понимаю, – подхватил Медведь.
– А вам, Иван, будет особенно интересно. Вы помните, как рассказывали Сергею Малявину историю о часах начальника службы безопасности Белова? Что, дескать, у него на ремешке звезды прицеплены? И что об одну из лапок вы палец поранили?
– Он и нам эту историю рассказывал, – подтвердил Корнеев. – А что?
– А то, что Малявин – настоящий профессионал. Он сразу вспомнил о металлической занозе, которую загнал себе в палец Полянский перед самой смертью. Малявин сообразил, что она очень похожа на «лапку», какими звездочки крепятся к одежде. Или… к ремешку часов.
– Да вы что? Серьезно? – изумился Медведь.
– Вполне. Малявин вплотную занялся господином Беловым. В частности, его телефонными переговорами за последние несколько дней. Выяснилось, что в ту субботу, когда Иван в последний раз вышел на дежурство, Белову на мобильный с неустановленного номера позвонила женщина. Она сказала только одну фразу: «Уничтожь почту Полянского, живо». Замечу – Полянский был к тому моменту уже несколько дней как мертв, а его кабинет, сейф и компьютер опечатаны. Дальше – еще интересней. Когда следователь включил компьютер Полянского, он обнаружил, что вся его переписка стерта, причем профессионально, без возможности восстановления. Хотя при первом осмотре, сразу после смерти ученого, в его электронном почтовом ящике оставалось несколько десятков входящих и отправленных писем. Это Малявин помнил прекрасно. В общем, следствие могло зайти в тупик, но вмешался случай. То есть Корнеев со своей идеей получить доступ к институтской информации.
– А что такого? – тотчас поднял колючки Евгений. – Я же не для себя, я же для дела. И кстати, всю скачанную информацию я тут же после завершения операции добровольно передал официальным органам, то есть вам!
– Вот именно. И уже наши спецы, поколдовав над ней, выудили то, из-за чего так переживала та дама, что звонила Белову. Дело в том, что на адрес Полянского, видимо, по ошибке, попало письмо, адресованное другому человеку. Содержание письма очень примечательно. Не ручаюсь, что воспроизведу его дословно, но очень близко к тексту. «Если вы не в состоянии повлиять на мое назначение, я буду действовать сама. И не остановлюсь ни перед чем. У меня есть собственные методы. И люди, которые мне по-настоящему преданы».
– И кто же эта таинственная дама, которая пишет шифровки и отправляет на адрес покойника? – спросила заинтригованная Лайма.
– Зоя Борисовна Кузяева, заместитель директора института прикладных нанотехнологий по административной части.
Корнеев присвистнул, а Лайма удивленно расширила глаза.
– Но выяснилось это не сразу, – продолжал Тагиров. – Сначала арестовали Белова, против которого собралось уже достаточно улик. Во-первых, этот подозрительный телефонный звонок.
– А во-вторых? – спросил нетерпеливый Медведь.
– Во-вторых, только Белов мог в субботу уничтожить письмо – в институте кроме дежурных никого не было, а открыть и, главное, снова опечатать кабинет мог только он. В-третьих, звонок Шаткову с угрозами. Звонили, между прочим, из института, и звонил Белов, это установила экспертиза.
– Как? – изумилась Лайма. – Он что, ненормальный – делать такие звонки с работы?
– Именно что нормальный. Ведь он сам и контролировал все записывающие