Библиотека

Русский Берлин стр. 34

Размер шрифта
-
+
Тема

я начал работать не ощупью, а с сознанием», — вспоминал позднее Михаил Иванович. С первых же встреч они почувствовали друг к другу взаимное уважение и симпатию, тем более что Ден был старше своего русского ученика всего на пять лет. «Если нужно привести пример необычайно прочных и столь же длительных творческих и чисто человеческих отношений между представителями двух таких высоких культур, как русская и немецкая, — говорит Юрий Николаевич Фост, — а именно такие отношения создают твердую основу уважения и понимания между великими народами, — то среди них на одно из первых мест можно поставить плодотворное сотрудничество и сердечное доверие, которые почти четверть века согревали дружбу Зигфрида Вильгельма Дена и Михаила Ивановича Глинки».

Среди других российских учеников Дена были впоследствии братья Антон и Николай Рубинштейны, ученый и музыковед Василий Энгельгардт, композитор и будущий профессор Московской консерватории Владимир Кашперов. По пособиям Дена, подготовленным для Глинки, изучал гармонию и контрапункт Александр Даргомыжский.

В Берлине Глинка сочинил романсы «Дубрава шумит» и «Не говори, любовь пройдет». Первый был написан к переведенному Василием Жуковским стихотворению Ф. Шиллера Des Mädchens Klage, второй — на стихи Антона Дельвига. На музыкальных вечерах Глинка играл местным слушателям подготовленные им попурри по мотивам русских народных песен. Здесь у него начали вызревать мысли о создании русской национальной оперы. Тогда же он записал некоторые музыкальные темы, которые впоследствии вошли в оперную ткань «Жизни за царя».

Милая Мария

Помимо занятий с Деном, Глинка на основе сочиненных им здесь же этюдов давал уроки пения одной юной прелестной особе, с которой познакомил его тот же Тешнер. Занятиям способствовали полученные в Италии знания в области бельканто и замечательный голос (восхитительный тенор), которым обладал композитор. Как-то раз в России, когда он пел, у одного из слушателей, молодого человека, случился полуобморок. «Мне показалось, — промолвил впечатлительный юноша, когда его привели в чувство, — что пели ангелы, и я испугался, что начнется Страшный суд»…

Ученица — звали ее Мария — оказалась очень способной, она искренне любила музыку, что делало ее в глазах Глинки еще более привлекательной, поскольку красотой девушки он был покорен с первой встречи. Надо полагать, ученица тоже симпатизировала своему любезному учителю с такими приветливыми и выразительными карими глазами. Позже Глинка вспоминал, что «почувствовал к ней [Марии] склонность, которую, кажется, и она разделяла».

В апреле 1834 г., получив известие о скоропостижной кончине отца, Глинка покинул прусскую столицу. С Марией он больше не встретился. В России к нему пришла другая любовь.

Королевский подарок

Глинка вновь оказался в прусской столице в середине июля 1844 г. по пути в Париж и далее в Испанию. К этому времени он был уже автором признанных и высоко оцененных опер «Жизнь за царя» («Иван Сусанин») и «Руслан и Людмила». Несколько дней, которые композитор пробыл в прусской столице, прошли в основном в беседах и музицировании с Деном. Глинка познакомил его с партитурами обеих опер и получил весьма лестную высокую оценку «первого музыкального знахаря в Европе», как называл русский композитор своего берлинского друга.

После смерти в 1851 г. матери Глинки Евгении Андреевны, которую он нежно и горячо любил, последовали еще несколько длительных поездок за границу.

В Берлине Глинка оказался в следующий раз через шесть лет, в июне

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.