Русский экзорцист стр. 6
сторону. Голова котенка, постукивая по твердому полу, откатилась в угол. Хранители смотрели, как заполняется чаша. Крови было немного, но ее запах, казалось, окутал собравшихся. Наконец последняя капля упала в серебряный сосуд. Жрица бросила трупик в корзину и поставила чашу рядом с алтарем. Ноздри ее трепетали. Пальцами, подрагивающими от возбуждения, она взяла лист с большим демоническим знаком.
– Создание из бумаги, нарекаю тебя…, – рисуя над знаком диаграмму курящимся ладаном, она двинулась по кругу, трижды повторяя заклинание.
Остановившись лицом к востоку, она подняла жезл.
– Именем Standar и Asentaser,
Я умоляю тебя.
О, ты, Великий и Святой…
Рец, следящий за правильностью ритуала, отвернулся и сосредоточился. Быстро убив сонного котенка, он слил кровь в чашу и поставил ее за пределы каменного круга. Затем, развернув рукопись, он встал лицом к северу.
– Amorule, Taneha, Latisten, Escha…
Поворачиваясь поочередно к четырем сторонам света, каждый раз повторяя заклинание, он просил темные силы появиться перед ним. Слова его вплетались в гул голосов посвященных, и казалось, будто голос солиста ведет партию в сопровождении хора. Впервые они проводили двойной обряд, но по мере того, как все тверже звучали голоса единомышленников, заглушавшие потрескивание факелов, он чувствовал, что с каждым мгновением уверенность в успехе крепнет. Запах крови, смешиваясь в холоде подземелья с могильным запахом слежавшейся земли, вызывал озноб. Встав в центр круга, Рец положил руку на пентакль.
– Per Pantaculum Salomonis advicati…
Смазливый прислужник в светлой сутане открыл тяжелую створку украшенной золотой резьбой двери.
– Его Преосвященство ждет вас, – тихо произнес он, склонив голову.
Стаховский, любовавшийся из окна видом на подсвеченный прожекторами собор и величественную колоннаду, поспешил войти.
– Здравствуйте, Войцек, здравствуйте, – навстречу ему из-за широкого, как площадь Святого Петра, стола поднялся невысокий черноглазый мужчина.
Движения его были плавными, хотя казалось, что ему с трудом удается сдерживать свой темперамент. Свет большой хрустальной люстры отразился на гладкой лысине, обрамленной венчиком седых волос.
– Присаживайтесь, – мужчина плавно повел рукой в
широком рукаве в сторону стоявшего между двух глубоких кресел небольшого инкрустированного столика и, указав глазами на дверь в приемную, еле слышно попросил, – говорите тише, пожалуйста.
Сам он сцепил пальцы рук перед грудью и стал медленно прогуливаться по кабинету.
– Итак, дорогой господин Стаховский, – спросил он, останавливаясь перед собеседником и глядя на него сверху вниз, – каковы результаты вашей миссии?
– Я полагаю, результат будет положительный, Ваше Преосвященство, но рукопись пришлось оставить. Я передал ее лидеру группы, за которой мы наблюдали.
– Ничего, это только копия. Оригинал, как и прежде, в папской библиотеке, а та книга, которая ему понадобится впоследствии, ждет его в надежном месте. Ждет давно, очень давно. – Кардинал склонил голову, как бы сожалея о долгом ожидании. – Ну и как вам этот лидер?
– Сама группа слабовата, – Стаховский небрежно махнул рукой и тут же, как бы устыдясь слишком вольного жеста положил ладони на подлокотники, – дилетанты. Щекочут себе нервы. О черной мессе самое приблизительное представление. Но главный у них, верховный жрец, как он себя называет, сильная личность. Близок к богеме, не хочет прозябать на задворках.
– Жалко подавлять сильную личность, – почти прошептал кардинал, прикрывая глаза.
– Но, Ваше Преосвященство…
– Не обращайте внимания, дорогой Войцек. Это я так. А люди в группе, что они?
– Если найдется что-то подходящее, это