Русский язык на грани нервного срыва. 3D стр. 305
15
Компьютерные программы проверки орфографии.
16
Уборщица, если читатель не понял.17
Замечу абсолютно не к месту и без всякой связи с темой. Просто не могу не поделиться воспоминаниями. Слово толлинг внезапно обрушилось на москвичей в 1999 году. На улицах города началась настоящая война на “полях” наружной рекламы. С одних щитов к ним взывала фраза “Запретить толлинг! Хватит грабить Россию!”, с других – “Запретить толлинг – разорить Россию”. И никто (я имею в виду нормальных людей) не знал тогда, что такое толлинг. Да и сейчас не знает.
18
С ударением на последнем слоге.
19
Или сказочное, особенно если вспомнить мракоборцев, появившихся в русском переводе сказок о Гарри Поттере (англ. aurors).
20
Тем не менее я рискнул написать фейсбук со строчной буквы, поскольку это стало очевидной тенденцией – особенно среди пользователей самого фейсбука. На самом сайте и в официальных текстах по-прежнему предпочитается написание с прописной буквы – Фейсбук. Во многом этот процесс напоминает то, что происходило и происходит со словом интернет.
21
Кроме них, следует упомянуть названия произведений, включающих в себя указание года, но распространенных за счет других слов: роман Д. Глуховского “Метро 2033”, а также книги А. Барикко “1900. Легенда о пианисте” и В. Войновича “Москва 2042”. В двух последних происходит как бы перекрещивание дат публикации и собственно действия. Название романа Барикко отсылает к двадцатому веку, а сам роман издан в двадцать первом. Напротив, роман Войновича опубликован в двадцатом веке, но его название отсылает к двадцать первому.
Точнее, конечно, было бы говорить о художественной концепции связи чисел и человеческой жизни (событий, характеров, друзей и врагов), которую автор создает как бы в соавторстве со своими персонажами и к которой сам В. Пелевин относится в целом издевательски, но все же отчасти сочувственно, что видно хотя бы из последней цитаты.
22
Точнее, конечно, было бы говорить о художественной концепции связи чисел и человеческой жизни (событий, характеров, друзей и врагов), которую автор создает как бы в соавторстве со своими персонажами и к которой сам В. Пелевин относится в целом издевательски, но все же отчасти сочувственно, что видно хотя бы из последней цитаты.
23
Любопытно, помнит ли (знает ли) читатель, что это такое. Так в советских фельетонах называли человека, воровавшего (“уносившего”) с собственного предприятия его продукцию.
24
Здесь важно учитывать, что распределение текстов по годам в Национальном корпусе русского языка (www.ruscorpora.ru) неравномерно, так что следует оценивать прежде всего сопоставительные цифры по разным словам. Кроме того, Корпус постоянно обновляется и указанные цифры верны для августа 2010 года. В другое время статистика, видимо, будет несколько иной.
25
Я старался не менять орфографию и пунктуацию, но все же явные опечатки поправил, просто чтобы было легче читать. И кое-где подсократил реплики.
26
С. И. Карцевский – замечательный русский славист, находясь в эмиграции, опубликовал книгу, посвященную состоянию русского языка сразу после революции: “Язык, война и революция”. Всеобщая библиотека №47. Берлин, 1923.
27
Наиболее распространенный русский вариант таков: “Англичане и американцы – два народа, разделенные одним языком”.
28
Эти причины кроются и в нашей истории, и в нашей повседневности. Возможно, это некое чувство опасности, исходящее от внешнего мира и грозящее нам, если