Рыцарь московской принцессы стр. 45
по тайным ходам Башни, сейчас нажмет на какую-то кнопку, и стена послушно раздвинется. Либо Зоя опять предъявит свои отпечатки пальцев или приложит к чему-нибудь свой медальон.
Белка, однако, сперва озадаченно поводила по стене лучом фонаря, потом сняла рюкзак и принялась в нем рыться, бормоча что-то себе под нос. Наконец она извлекла оттуда нянины записи и уткнулась в них.
– Вроде все правильно, – чуть погодя сообщила она ребятам. – А то я уж испугалась, что у меня память стала сдавать. Нет, мы пришли ровно туда, куда надо. Только вот этого, – потыкала она лапкой в стену, – здесь быть никак не должно.
– А что должно? – поинтересовался мальчик.
– Согласно всем предварительным расчетам, тут должен находиться лабиринт. Ли-Ли Павловна даже дала нам специальную нить, чтобы мы в нем не заплутали.
– Нить Ариадны? – восхитился Егор. – Откуда она у нее?
– Нить Ли-Ли Павловны, – строго поправила Белка. И продемонстрировала обрывок тоненького золотого шнура.
– Халтура, – был крайне разочарован Егор. – Или мы основную часть посеяли. Как такая фитюлька нас сможет вывести?
– Ли-Ли Павловна написала: кинуть, и тогда эта, как ты говоришь, фитюлька превратится в моток, – сверилась с ее запиской Белка.
– Вот и кидай, – надоело стоять на месте Егору. – Вероятно, она и стену должна раздвинуть. Ли-Ли Павловна попросту впопыхах забыла упомянуть. Или считала, что это само собой разумеется.
– По-моему, он прав, – поддержала Зоя. – Кидай, Белка. Хуже-то наверняка не будет.
Зверек пожал плечами, вздохнул и, с сомнением покачав головой, кинул шнурок на стену. Тот и впрямь мигом превратился в клубок, но преграда не раздвинулась. Зато клубок, отскочив от нее, как резиновый мячик, бешено запрыгал вокруг ребят и Белки, крепко опутывая их золотистой шелковой нитью.
– Стой! Хватит! – пыталась унять его Белка.
Клубок словно с цепи сорвался. Вскоре вся троица превратилась в кривоватый трехглавый кокон.
– Кидай, кидай, – передразнила ребят Белка. – Никак вас не приучу сперва думать, а потом уже делать.
– Так делала-то как раз ты, – пыхтя, пытался выпростать из золотой паутины хотя бы руку Егор. – А я всего-навсего предложил. Откуда мне было знать, что она психованная и на нас накинется.
– Знать никогда не вредно, – с прежней сварливостью отозвалась Белка. – У нее же программа: если кинешь, она должна развернуться, указать путь и снова свернуться. Пути нет, вот программа и сбилась, а нить проложила путь вокруг нас. Развернулась и свернулась.
– Если ты все так хорошо заранее знала, тем более незачем было кидать. – Егор отчаянно бился в золотых путах, но лишь сильнее затягивал петли на руках и ногах и теперь вообще не мог даже пошевелить ими.
– Да у меня
самой программа сбилась, – сердито признался зверек. – И на Белку бывает проруха. Ладно. Попробую поработать физически, раз с умственным трудом у нас вышла такая осечка.
Она принялась перегрызать нить. Путы одна за другой спадали с ребят. Когда все трое окончательно освободились, фрагменты шнурка золотистыми червячками взмыли в воздух, соединились и вновь стали маленьким тугим клубочком, который нырнул в рюкзак, висевший за спиной у Белки.
Она огляделась.
– Вперед хода нет.
– Назад тоже, – сказала Зоя.
Егор обернулся. Проход им решительно перегородили рыцари с обнаженными мечами. Путники оказались в западне.
– Погодите! Я сейчас попробую! – выкрикнула Зоя, срывая медальон с шеи.
Она подбежала к рыцарям.