Рыцарь московской принцессы стр. 74
девочке.
Освобожденный от швартовых канатов, шар устремился вверх. Корзину мотало, покачивало. С непривычки ребят немного мутило. Белка, кажется, тоже чувствовала себя неважно и бубнила себе под нос что-то совсем неразборчивое.
Спустя какое-то время бородач сказал:
– Ну, теперь можете спокойно полюбоваться, какая здесь красота.
– Послушать его, подумаешь, будто он сам эту красоту сотворил, – процокала порядком выбитая полетом из колеи Белка.
Пилот расслышал, но не обиделся и весело произнес:
– Красота, ваша правда, нерукотворная, но показываю-то ее вам я. С земли так не разглядеть. Только сверху и видно.
Егор, первым поднявшийся на подрагивающие ноги, высунулся из корзины. Голова закружилась, он ухватился обеими руками за борт. Он и не предполагал, что шар может поднять их на такую высоту. Вид открылся и впрямь восхитительный.
Склоны гор зеленели густыми лесами, которые, поднимаясь все выше и выше, постепенно сходили на нет, превращаясь в снежный пик, хрустально сияющий под полуденным солнцем. Пропасть разверзла свой черный бездонный зев.
У подножия гор раскинулась деревушка. Рядом бурлил и пенился водопад. Вдали голубело лазурью кристально чистое горное озеро. Они проплыли над ним в вышине. По водной глади скользила лодка. Гребец ритмично взмахивал веслами. На него упала тень от корзины. Он поднял голову и приветственно помахал воздухоплавателям.
Бородач-пилот, глянув вниз, помахал в ответ и сообщил путешественникам:
– Это мой кузен. Он живет на берегу. Вот, видите, хижина под деревьями.
– Дубами? – вырвалось у Егора.
Бородач окинул его удивленным взглядом:
– Да нет. Какие дубы. Здесь больше ели да кедры.
– Люблю кедры, – одобрила местную флору Белка. – Можно сказать, мое любимое дерево.
– А я больше орешки с него уважаю, – сказал бородач. – И вкусно, и здоровью польза. Меня кузен регулярно снабжает. И еще – диким медом. Тоже, замечу вам, вещь, если сами еще не пробовали. И рыбка мумуль из этого озера – объедение. Особенно когда свежевыловленная. Кузен мой уху варить большой мастер. Да и солит профессионально. Никаких ресторанов не надо. Завернешь к нему на денек, и душа расправляется, оживает. Места у нас сказочные. Не успели еще загадить. Будете снова в наших краях, милости просим в гости.
– На кедровые орехи с большим удовольствием, – откликнулась Белка. – А рыбу мой организм не приемлет.
– Ребятам зато полезно, – посмотрел на Егора и Зою пилот. – Мозг и кости укрепляет.
Он усилил пламя в горелке. Они стали подниматься выше и выше, пока не взмыли над горным хребтом, густо поросшим иссиня-зеленым лесом. Перелетев его, пилот подкрутил регулятор горелки, шар плавно пошел на снижение.
По ту сторону хребта взорам троих беглецов открылась практически та же картина, словно они вернулись обратно: горное озеро со скользящей по воде лодкой, гребец, машущий им…
– Другой мой кузен, – гордо сообщил пилот.
А дальше они увидели водопад, только не одинарный, а тройной, деревушку, может, немного поменьше прежней. Человек у домика распрягал из повозки мохнатую лошадку. Собака преследовала кошку. Белый петух с огромным черным хвостом гордо восседал на заборе.
– Здесь тоже живут ваши родственники? – поинтересовалась Зоя.
– Дядюшка. Вон он коня как раз распрягает. И тетушка. И еще двое других кузенов. Хорошие люди. У них тут целое хозяйство. Птицы. Коровы. Свиньи.
Егор увидел, как под оградой пролезла поджарая черная свинка и степенно направилась к большой луже,