Рыцари и сеньоры (сборник) стр. 5
на кровать. Тут же что-то тихо звякнуло о каменный пол. Женщина встала и подошла поближе. На полу, под портретом, лежал большой ключ. Изольда подняла его…
«От сундука ключик, — сразу догадалась женщина. — За картиной мой благоверный его спрятал…»
Она открыла сундук. Сверху, на куче платьев, Изольда увидела большой лист, исписанный хорошо знакомым почерком барона.
«Думаешь, не люблю, да?.. Глупая ты!! — прочитала Изольда. — Если бы не любил, ключ от сундука с собой забрал. А еще бы пояс верности на тебя нацепил. Смешно, правда?.. Но я так решил, что когда тебе совсем плохо станет, значит, обязательно кубком мне в физиономию запустишь. Как
тогда, помнишь, на свадьбе у герцога?.. Я же тебя знаю, солнышко мое! В общем, развлекайся, но не балуйся. Ключ — мой подарок тебе. Нечаянная радость, так сказать… Пококетничай немного, но не переусердствуй. Целую. Скоро буду дома. Твой благоверный».
Изольда подняла заплаканные глаза и светло, откровенно ласково посмотрела на портрет супруга. Красивое лицо барона украшал мужественный шрам от кубка.
«А так ему даже лучше!..» — улыбаясь сквозь слезы, подумала женщина.
Ветви виноградника, наконец, перестали подрагивать и на балкон выбрался толстяк с мандолиной в зубах. Он осторожно заглянул в зал…
В углу, на сундуке, сидела красивая женщина. Скромно потупившись, красавица разглядывала каминную кочергу.
Толстяк шагнул в комнату.
— Ножки твои… Как это?.. — неуверенно начал гость. — Стройные, короче говоря, ножки… — толстяк жадно сглотнул слюну и покосился на пышную постель. — Лучше не бывает!.. Я прилягу, а?
— Так сразу? — не поднимая головы и продолжая чему-то улыбаться, спросила Изольда.
— А чего тянуть-то?! — удивился толстяк.
Женщина встала. В воздухе тотчас мелькнула кочерга, но готовый ко всему кандидат в любовники быстро метнулся на балкон. Снова зашуршали ветки виноградника.
— Убью! — закричала Изольда, перегнувшись через перила. — Поймаю, обязательно убью!
— Подумаешь, Пенелопа, какая!.. — прорычал снизу толстяк. — Я завтра же войну объявлю и тебе и твоему дурачку-мужу. В плен возьму, вот тогда ты у меня не пококетничаешь!
— Только попробуй, болван!
Изольда не глядя, нашарила горшок с цветами и запустила его вниз. Там сразу же ойкнули…
Перед тем как лечь спать, Изольда крепко закрыла окно.
«А завтра, какое платье мне надеть, любимый? — думала она, ласково рассматривая лицо барона. — Голубенькое, наверное… Кстати, нужно кухарке сказать, чтобы тухлых яиц купила… И еще помидоров. Для этих… Для певцов. Будет чем их порадовать. Короче говоря, мы еще повеселимся с тобой, мой самый хороший!»
Изольда счастливо улыбнулась и уткнулась носом в подушку…
И на деревьях растут листочки…Прежде чем постучаться в дубовые ворота замка викинг Хрюринг поправил шлем. На шлеме не хватало одного рога, и тяжелая железная шапочка то и дело съезжала на ухо викинга.
— Кому там по физиономии захотелось?! — грубо спросили изнутри.
— Открывайте, свои! — рявкнул Хрюринг.
— Мы, вообще-то, и своим дать можем… — огрызнулся голос.
Ворота заскрипели. Два рослых воина недоверчиво осмотрели гостя.
— Хозяин дома? — буркнул Хрюринг.
— После вчерашнего дрыхнуть изволят.
Упоминание о вчерашнем отозвалось в голове викинга-гостя сильной болью. Он чертыхнулся и зашагал в покои своего друга эрла Хельга.
Хельг сидел на смятой постели и пил рассол.
— Помогает? — недоверчиво спросил Хрюринг.
— Да как сказать… — хозяин замка поставил на стол кубок и посмотрел на гостя. — Кстати, рог тебе, где обломали,