Библиотека

С тобой и без тебя. И снова с тобой. стр. 46

Размер шрифта
-
+
Тема

Вера улыбается, как кошка, слизавшая крынку сметаны. В жизни ее никто никогда не ревновал. Сколько удовольствия пропустила, оказывается…

Еще одно стремительный маневр, и еще пара машин остается позади.

— Кто тебя учил так водить машину?

— Что у вас было с Касьяновым?

Надо возразить. Что за допрос? По какому праву?

— Ничего не было. Он мой друг. Веришь?

— Верю.

— Так что насчет машины?

Стас ненадолго снимает руку с руля, берет Верину ладошку. Притягивает к губам, целует.

— Артиллерийские обстрелы. И снайперы.

— Что?!

— Я успел поработать… скажем так, военным корреспондентом. В Осетии. А потом в Киргизии. Когда дороги обстреливаются, ездить надо быстро. И очень маневренно.

— Не может быть!

— Ты же видела фотографии на выставке.

— Но я не предполагала, что все так…

— Именно так. Умудрился даже под пули попасть. И под осколки.

— Ты был ранен?!

— Ерунда. Сквозное в руку. Царапина. Так, мясо прожарилось. Medium rare, — Стас скупо усмехается. — С осколками хуже вышло. Взрывом оконное стекло разнесло. Один осколок в шею воткнулся, полсантиметра до сонной артерии. Док сказал, я в рубашке родился.

Вере становится дурно от ужаса. От осознания того, что они могли и не встретиться.

До дома Стаса они доехали очень быстро.

С заднего сиденья Стас достает несколько больших, скатанных в рулоны листов бумаги. Вера охает.

— Это то, о чем я думаю?

— Спокойствие, всему свое время, — Стас отводит руки с рулонами в сторону. — Пойдем домой.

А на площадке он подходит к двери… ее бывшей квартиры. И открывает ключом…

— Выкупил, — поясняет в ответ на изумленный Верин взгляд. — Это все, что у меня от тебя оставалось. На тот момент. А здесь у меня… типа, студия.

Бросает принесенные постеры на пол.

— Пойдем, покажу кое-что.

Бывшая Верина гостиная пуста. Мебели нет. Зато есть… мольберты. Картины на стенах. Прямо напротив двери — она. В доспехах. На фоне горящего замка.

— Стас…

— Я ж говорил, фотки грохнул. Вот, решил таким образом восстановить…

— Это ты рисовал?

— Угу.

— Но как?..

— Я же художественное училище заканчивал. Какие-то базовые навыки остались. Нравится?

Вера отвечает поцелуем. Таким жадным и горячим, как будто не было вчерашнего вечера и ночи. И она прикасается к нему впервые после двухгодичной разлуки. Впрочем, желание посмотреть на принесенное Стасом все же делает в принципе возможным прервать поцелуй.

— А там что? — Вера поворачивается к двери, где на полу лежат раскатившиеся белые тубы.

— А это твой свадебный подарок.

Сердце екает.

— Тебе не кажется это странным?

— Что именно?

— А ты не хочешь меня ни о чем спросить?

— Вер, если хочешь, буду серенады под окном петь. И на коленях умолять. Если Касьянов в меня, конечно, из окна не шмальнет, — Стас усмехается. — Только какой смысл спрашивать, когда ответ уже получен.

Вере ни разу в жизни не делали предложение руки и сердца. А невозможный Соловьев превращает все в фарс. Ну, погоди, дружок…

— Что-то не помню, чтобы давала тебе согласие, — надувает губки Вера.

— Давала, давала.

— Не припоминаю никак.

— Ты сказала, что любишь меня. Этого более чем достаточно.

А потом неожиданно опускается на колени. Берет ее руку в свои.

— Вера Владимировна, прошу, окажите мне честь, согласившись стать моей женой.

Он не паясничает. Говорит абсолютно серьезно. Говорит словами. Глазами. Сердцем. Глядя сверху на

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.