Сафари на гиен стр. 63
пропуска остались, так что попасть постороннему человеку туда нельзя. А в садоводстве дело значительно проще. Стало быть, преступник знал, что у Сталины есть дача и что поехала она туда одна. Следил он за ней, что ли? Тогда выходит, что он за всеми женщинами следил, знал их привычки. Знал, например, что директриса любит одна в школе допоздна задерживаться, знал, что у этой Точилло, которая глистов изучала, свой отдельный кабинет, куда сотрудников лишний раз и калачом не заманишь, знал, что Евдокия лестницу моет каждый день примерно в шесть утра… Так, следить он за ними, конечно, мог, но как, если можно так выразиться, он с ними познакомился, где и когда он взял их на заметку? Потому что дураку ясно, что выбор преступника не случаен, не зря его считают маньяком.
Надежда откинулась на спинку стула и заложила руки за голову. А вот интересно, думала она, пятьдесят два года – это его любимый возраст. А вдруг он решит, что те, предыдущие, для него несколько староваты, и перейдет на женщин помоложе? Например, сорок восемь – чем не возраст? Именно столько было самой Надежде. Но нужно надеяться на лучшее.
Пять женщин разного общественного положения, но одинакового возраста. Где они могли пересечься? Они могли ходить в детстве в одну школу, но они этого не делали, потому что полиция бы выяснила – такое выяснить несложно. Да Надежда и сама знает, потому что дворничиха Евдокия, например, родилась в деревне в Калининской области и приехала в город, когда ей было двадцать лет. Стало быть, в школу она ходила у себя в деревне.
Они не жили в одном доме – никогда. Это тоже полиция сразу бы обнаружила. Они не регистрировали свой брак в одном и том же ЗАГСе или Дворце бракосочетания, потому что Римма Точилло, например, вообще никогда не была замужем. То же самое касается Дворца малютки, потому что, опять-таки, у той же Точилло и у директрисы нет детей, да и у Мадам Джакузи, кажется, тоже.
Надежда прикидывала и так и сяк, но ничего путного не смогла придумать. Смутная догадка забрезжила у нее в мозгу, но ускользнула, а потом вдруг послышался поворот ключа в замке, и Надежда еле успела убрать подальше разрисованные листки. Оказалось, последнюю лекцию почему-то отменили, и муж сегодня пришел пораньше.
В назначенное время Сергей явился на указанное рыжебородым Юрой место встречи. Тот уже ждал его – в сильно поношенной спортивной куртке, с рюкзаком за плечами. Сергей тоже оделся как велел ему новый знакомый – потеплее и попроще.
– Сюда, – настороженно оглядевшись, Юрий приоткрыл неплотно притворенное окно подвала.
– А что ты так оглядываешься? – шепотом спросил Сергей.
– Да чтобы кошатники, стервецы, окошко не заметили. Заколотят так, что потом в жизни в этот подвал не попадешь. Или не выйдешь. У меня раз так было…
– Как же ты на волю выбрался-то? – полюбопытствовал Сергей.
– Два дня по подвалам шастал, обходной путь искал. Хорошо, бомжи встретились, выпустили.
Проскользнув в окошко, он помог спуститься Сергею. В подвале, как и следовало ожидать, было совершенно темно и пахло плесенью. Юрий повозился в темноте и через минуту узкий луч яркого света прорезал потемки. В первый момент Сергей слегка ослеп, но,