Сафари на гиен стр. 86
совершенно законно! Богатый он теперь наследник, значит!
– А вам-то что за дело! – угрюмо пробормотал Барсуков.
– А дело мое такое, любезный, что Марианна осталась мне должна деньги. Большие деньги.
– Сколько? – испуганно спросил Барсуков.
– Много, любезный, много. Восемьдесят тысяч долларов.
– А я-то при чем? – Барсуков взвизгнул как трехмесячный поросенок. – Не я же у вас деньги занимал! Марианна со мной деловые вопросы не обсуждала!
– Да уж, конечно, только с тобой деловые вопросы и обсуждать. Из тебя консультант, как из Артура вон – церковнослужитель! С тобой Марианна, я так понимаю, обсуждала только вопросы твоего гардероба и насущные проблемы меблировки.
– Вас не касаются мои отношения с покойной!
– Нечего тут передо мной безутешного вдовца разыгрывать! Видите ли, он у меня денег не занимал! Ты жил на Марианнины деньги, содержанка в брюках, а теперь слышать ни о чем не хочешь? Изволь ее долги платить!
– Я ничего не знаю ни про какие долги! И денег у меня нету, я и так уже вещи продаю!
– Очень хорошо. Вот ты и продашь их все, свои вещи. И квартиру продашь. И отдашь мне деньги, все до копейки.
Барсуков побледнел:
– Как это? А где же я буду жить? И на что?
– А ты, любезный, не хочешь ли устроиться на работу? Знаешь, некоторые
люди работают и живут на заработанные деньги, а не на подачки жены.
– Я… там, где я работал, очень давно не платят зарплату… а если платят, то очень мало.
– Я, конечно, понимаю. – Старикан в бежевом пальто снова усмехнулся своей удивительно неприятной улыбкой, от которой у Барсукова мороз пробежал по коже: – Я, конечно, понимаю, что после вольготной жизни на Марианниных харчах тебе на инженерскую или преподавательскую зарплату прожить будет трудновато, и вообще, работать ты разучился, но другие ведь как-то живут. Короче, придется и тебе попробовать, если ты не хочешь ближе познакомиться с Артуром. Артур, он, знаешь ли, любезный, человек на редкость грубый. Он твою тонкую душу вряд ли поймет или оценит. Он как-то больше утюгом или паяльником работать привык! – И мерзкий старик снова плотоядно усмехнулся.
Семен Николаевич в ужасе переводил глаза со старого бандита на молодого… Он не знал, кто из них страшнее. Никогда в жизни ему не приходилось сталкиваться с такими ужасными людьми! Вот она, расплата за спокойную обеспеченную жизнь с Марианной! У Ани, конечно, не могло быть таких страшных знакомых, ее круг – это ученые, умные интеллигентные люди, а Марианна в процессе своего бизнеса якшалась со всякой швалью, с такими вот криминальными типами. Разумеется, без этого она не могла бы делать деньги. За все надо платить…
– За все надо платить! – громко произнес старик, словно прочитав мысли Барсукова. – И тебя, любезный, возмездие настигло совершенно справедливо. Если бы не ты, Марианна была бы сейчас жива и здорова! И денежки мои тоже…
– Что? – удивлению Барсукова не было предела. – Какое я-то отношение имею к ее смерти?
– А ты будто не знаешь?
– Понятия не имею! – возмущенно отрезал Семен Николаевич.
– А ты, любезный, значит, и представления не имеешь, что Марианну-то зарезала твоя первая жена?
– Анна?! Быть этого не может! Она тихая, мягкая, интеллигентная женщина!
– Была, – охотно согласился кашемировый мучитель и резким движением загасил сигарету все в