Сам себе властелин 4 стр. 77
он вздохнул, — профдеформация.
Пожевав губами, Торквин продолжил:
— Самое смешное, что выжившие капитаны не получат ни монетки. Старейшины не успели подписать с ними контракт и теперь отказываются оплачивать убытки. Очень вы их вовремя подпалили, Владыка.
— Полагаю, матросы злы и обижены?
— Ага, точно. От бунта их удержали только эльфийские наёмники. А то бы они ух, разгулялись не хуже вашего.
Я задумался, прикидывая варианты.
— А знаете, Томас, не поискать ли нам среди этих моряков адекватных ребят? Флот, конечно, штука не дешёвая, но десяток кораблей будет нелишним.
— Как знал, что вы так скажете! — Торквин расплылся в улыбке, — я уже дал указание моим парням начать вербовку.
— Слушайте, а вы точно вышли в отставку? С таким энтузиазмом работаете, что мне прямо хочется вас принять на службу официально.
— Прошу вас, Владыка, даже не уговаривайте. Мне так понравилось быть вольным человеком! А это всего лишь хобби, не больше.
— Ну, как знаете. Тогда не буду вас задерживать, бегите к жене и ребёнку.
«Колобок» встал, поклонился и укатился восвояси.
* * *У меня выдалась свободная минутка. Никто не ломился со срочными делами, не носилась Дитя, и даже во дворе замка было тихо. Так что я вытащил тетрадь и сел расшифровывать.
С первой же строки стало понятно — это самое начало дневника, вставленное растеряхой-переплётчиком не туда.
«Решил вести записи всяких мыслей. Я читал, это помогает, когда некому выговориться. Вроде, если на необитаемом острове или в стране, где не знаешь язык. Ну, вот я знаю местный язык, а толку? Реально поговорить по душам не с кем. Вокруг одни рыцари, эльфы или свихнувшиеся колдуны. Ну и ещё крестьяне — эти тебя или вилами ткнуть пытаются или падают на колени и кланяются. Дикари-с!
На всякий случай, чтобы никто не прочитал, буду писать на родном языке, его здесь никто не знает. Не надо считать меня параноиком, но для надёжности ещё и гномьим алфавитом. Местные мудрецы, чтоб им пусто было, брезгуют грамотой коротышек, так что эти душевные излияния точно никто не расшифрует. Не люблю, когда читают мои записи.
Для порядка надо рассказать с самого начала. Как я вообще здесь появился. А вот не знаю! Жил себе нормально, работал программистом, сайтики рисовал. И был, хочу заметить, вполне себе счастлив. Да я даже фентези с фантастикой не читал! Но нет, оказался в этой дыре. Последнее, что помню — ехал на работу, слушал музыку. И тут красный грузовик вылетел на встречку. Ненавижу! Поймать бы ту усатую рожу, что за рулём была, да в мою шкуру. Пусть бы помучился, попрыгал. А я бы посмотрел, как он выкручивается.
Очнулся я на холодных камнях. Вокруг руины какие-то, дым едкий стелется, горит что-то вонючее. Да и самое главное — я голый. Натурально в чём мать родила. Не хочешь, а замёрзнешь.
Встал, огляделся. Вижу — рядом валяется мужик, замотанный в чёрную хламиду. Тощий, волосы спутанные, лицо в саже. Но вроде дышит, живой. Я его в чувства начал приводить — похлопал по щекам, ткнул в бок, ногой разик пнул. Стонет, глаза открыл, вставать начал.
На меня посмотрел, глазами зыркнул страшно и орёт:
— Повинуйся мне, демон!
Я даже обалдел немного.
— С чего это, — спрашиваю, —
дядя?