Самоубийца стр. 16
Серафима Ильинична . Я сейчас закричу или что-нибудь сделаю.
Маргарита Ивановна . Ой, не делайте.
Серафима Ильинична . Я боюсь.
Маргарита Ивановна . Я сама боюсь.
Серафима Ильинична . Ой! Идут.
Маргарита Ивановна . Где идут?
Серафима Ильинична . Ой, несут.
Маргарита Ивановна . Что несут?
Серафима Ильинична . Ой, его несут!
Маргарита Ивановна . Ой, сюда несут.
Серафима Ильинична . Так и есть, несут.
Маргарита Ивановна . Ой!
Серафима Ильинична . Несут.
Маргарита Ивановна . Несут.
Серафима Ильинична . Чтой-то будет. Чтой-то будет.
Явление двенадцатоеАлександр Петрович почти втаскивает перепуганного Семена Семеновича.
Семен Семенович . Чтой-то было? Чтой-то было?
Александр Петрович . Не волнуйтесь, Семен Семенович.
Семен Семенович . Вы зачем меня держите? Вы зачем… Отпустите. Пустите меня! Пустите!
Серафима Ильинична . Не пускайте.
Маргарита Ивановна . Держите его. Держите.
Серафима Ильинична . Где же Машенька? Маша где?
Александр Петрович . Маша ваша на кухне валяется.
Серафима Ильинична . Как валяется?
Александр Петрович . В крупном обмороке, Серафима Ильинична.
Серафима Ильинична . Ой, да что ж это будет? Святые угодники. (Выбегает из комнаты. Маргарита Ивановна – за ней.)
Явление тринадцатоеАлександр Петрович, Семен Семенович.
Семен Семенович . Виноват. Вы зачем же в карман ко мне лезете? Что вам нужно? Оставьте меня, пожалуйста.
Александр Петрович . Вы сначала отдайте мне эту штуку.
Семен Семенович . Что за штуку? Какую штуку? Нету, нету у меня ничего. Понимаете, нету.
Александр Петрович . Я же видел, как вы ее в рот засовывали.
Семен Семенович . Врете вы, ничего я себе не засовывал. Отпустите. Пустите меня, сейчас же.
Александр Петрович . Хорошо, я пущу вас, Семен Семенович, но вы дайте мне слово, Семен Семенович, что пока вы всецело меня не выслушаете, вы себе над собой ничего не позволите. Я как друга прошу вас, Семен Семенович, только выслушайте, только выслушайте.
Семен Семенович . Говорите. Я слушаю.
Александр Петрович . Ну, спасибо. Садитесь, Семен Семенович. (Усаживает его. Встает перед ним в позу.) Гражданин Подсекальников… Подождите минуточку. (Подбегает к окну. Раздергивает занавеску. Нездоровое городское утро освещает развороченную постель, сломанный фикус и всю невеселую обстановку комнаты.) Гражданин Подсекальников. Жизнь прекрасна.
Семен Семенович . Ну, а мне что из этого?
Александр Петрович . То есть как это что? Гражданин Подсекальников, где вы живете? Вы живете в двадцатом веке. В век просвещения. В век электричества.
Семен Семенович . А когда электричество выключают за неплатеж, то какой же, по-вашему, это век получается? Каменный?
Александр Петрович . Очень каменный, гражданин Подсекальников. Вот какой уже день как в пещере живем. Прямо жить из-за этого даже не хочется. Тьфу ты, черт! Как не хочется. Вы меня не сбивайте, Семен Семенович. Гражданин Подсекальников. Жизнь прекрасна.
Семен Семенович . Я об этом в «Известиях» даже читал, но я думаю – будет опровержение.
Александр Петрович . Вот напрасно вы думаете. Вы не думайте. Вы работайте.
Семен Семенович . Безработным работать не разрешается.
Александр Петрович . Вы все ждете какого-то разрешения. С жизнью надо бороться, Семен Семенович.
Семен Семенович . Разве я не боролся, товарищ Калабушкин? Вот смотрите, пожалуйста. (Вынимает из-под подушки книжку.)
Александр Петрович . Это что?