Самые первые танки стр. 99
появление разделило надвое не только историю Первой мировой войны. Экипажи «сухопутных кораблей» открывали путь в новую эру. Германский генерал фон Цвель заявил после войны: «Не гений маршала Фоша победил нас, а генерал Танк», хотя здесь видно желание списать поражение за счет «технической» составляющей. Бывший военный министр и премьер-министр Великобритании Д.Ллойд-Джордж, перечисляя источники победы в 1918 году, заключил: «Еще и в другом важном отношении Антанта имела большое превосходство над противником на своем пути к победе. Это танк — новейшее и самое мощное орудие для атаки и наступления. Сомма, Пашендейл и Камбрэ доказали нам окончательно, что танки совершенно непреодолимы, если они оперируют в больших количествах и на подходящей территории». Британский танкист Ф.Митчелл высказался осторожнее: «Танки не выиграли войны, но они создали условия, сделавшие возможной победу». Б.Лиддел-Гарт назвал этот период «тяжелым детством танка». Был накоплен определенный опыт и в подготовке и обучении танковых экипажей. Это также была целиком новая отрасль — особенно в отношении командиров танков, которым вдобавок к чисто тактическим навыкам приходилось осваивать специальность водителя, артиллериста и даже связиста. Характерно, что в этот период бронесилы — еще немногочисленные даже с учетом бронеавтомобилей — повсеместно формировались из добровольцев. Успел сформироваться даже определенный корпоративный дух бронечастей, особое отношение к своей службе. Русский писатель В.И.Немирович-Данченко в 1916 г. в очерке «Сухопутные броненосцы» с фронта Первой мировой войны с восторгом писал об экипажах русских бронеавтомобилей: «Я видел этих славных бойцов и могу засвидетельствовать: никто из них под раскаляющимися от сплошного свинцового града стальными черепами нимало не думает о себе. Одна забота, как бы нанести побольше ударов врагу, а что касается до себя, то они, ведь, и сами считают свою жизнь заранее ставкой, брошенной за победу следующих за ними товарищей. Тут каждый солдат и ратник, и техник; и их офицеры в этом отношении принадлежат к верхам боевого ума и боевых сведений». Опыт танковых боев накопили вполне достаточный. Подсчитано, что с сентября 1916-го по ноябрь 1918 г. французские танки принимали участие в 4356 отдельных стычках, британские — в 3060, американские — в 250. При всей ограниченности задач, ставившихся танкам в бою, это давало обширную базу для исследования и формирования взглядов на дальнейшее применение нового боевого средства. Опыт Танкового корпуса был сжато изложен в английском Уставе полевой службы 1920 года: «Танк, давая укрытие своему экипажу, вооружению и механизмам от обыкновенного ружейного и пулеметного огня и шрапнельных пуль, сам способен развивать сильный и прицельный огонь во время движения и тем самым производить сильное моральное впечатление на противника. Танк способен двигаться по всякой местности, без дорог, переползать через окопы и проволочные заграждения, делая в них проходы для мелких партий пехоты». «Ромбовидные» танки были созданы просто как «пехотный таран», и эту задачу они выполнили сполна. Зачатков «глубокого боя» пока не было — не позволяли малый запас хода танков, их быстрый выход из строя, утомление экипажей. Даже при хорошем взаимодействии с пехотой, артиллерией и авиацией танки давали местный неглубокий успех. Продемонстрированное танками «ударное действие» оставило сильное впечатление — много лет после того среди главных характеристик танков указывали ударное действие, характеризуя его диаметром сваливаемого дерева или толщиной пробиваемой стены. Танки Первой мировой войны — за исключением,