Самый главный приз стр. 39
мы станем уметь после того, как ты нам по ушам проедешься, – продолжил руководить образовательным процессом Гнилич, стараясь при этом не коситься в сторону здоровенной тетки Дурич. Не коситься – в буквальном смысле слова. – Я, к примеру, желаю стать великим фюрером.
– Желать-то ты желаешь, да кто тебе даст? – скривилась Мамаша. Толпа притаившихся на задней парте Дуричей услужливо захихикала. – Все знают, что, когда Всеведа станет королевой, она тут нам всем тоже королеву сделает.
– Только молодую, – перебил тетку Абажур.
– Только я тебя забыла спросить какую, – резанула в ответ Мамаша, поигрывая пальцами на рукоятке ножа. – Всеведа ведьма опытная и вряд ли дурочку вам в лидеры назначит.
– Ты нашу королеву старухой назвала?
Шапки насторожились, мысленно составляя первый абзац доноса, но не получилось.
– Я назвала нашу будущую королеву умной и опытной, – верноподданно объяснила Мамаша. – А ты ее какой считаешь?
– Пусть Копыто скажет, кому фюрером становиться, – предложил Гнилич.
И разрядил обстановку, потому что абсолютно все присутствующие временно позабыли друг о друге и уставились на модного в этом сезоне бизнес-тренера.
– Говори, звереныш, на кого поставишь, – предложил Абажур, теперь пытаясь смотреть и на Копыто, и на Мамашу одновременно, и это ему без труда удавалось.
– Современный мотивационный коучинг – это сложная психологическая система интегральной самореализации, основанная на развитии и раскрепощении наиболее духовно близких каждому индивидууму тезисов, – выпалил заученную фразу Шибзич. – Каждый из вас может так много, как не может каждый из вас без моей помощи. Иногда вам нужен совет, иногда – просто посидеть рядом, иногда – ободряющее слово. Опытный коуч определит, что может понадобиться для достижения цели, и сумеет надавить на нужную точку.
– Давить не надо, – пискнул Шумер.
– Ты дело говори, – велел Абажур.
– Сегодня у нас вводное занятие, – деловым тоном произнес Копыто. – Я буду смотреть на вас, изучать вас и думать, как вам помочь.
– Типа, когда мы с тобой дрались у мусорной кучи, ты меня недостаточно изучил? – не понял уйбуй Собака.
– Тогда я тебя изучал как врага, а теперь – как любимого ученика, – парировал Копыто.
– Ты насчет любимого поаккуратнее, – хмуро предупредил Собака.
Но Шибзич твердо знал, что должен быть позитивным, и пока не стал реагировать на мрачные замечания.
– Возможно, я буду тобой гордиться, Собака, – жизнерадостно пообещал он, не забыв уточнить: – Когда-нибудь.
– Потому что я стану великим фюрером? – обрадовался уйбуй.
– Это зависит только от тебя.
– А я стану великой фюрершой?
– Это зависит только от тебя.
– А если не стану? – нахмурилась Мамаша.
Рано или поздно на этот скользкий вопрос все равно пришлось бы отвечать, поэтому Шибзич решил не затягивать.
– Да, – не стал скрывать Копыто. – Получается не у всех.
– То есть я могу не стать фюрершой?
– Можешь и не стать.
– Хорошенькое дело, – заволновалась Мамаша Дурич, которая почему-то считала, что власть над семьей уже у нее в кармане, достаточно лишь сломать челюсть наглому Абажуру и засидевшемуся на вершине Кувалде. – То есть деньги ты взял, а фюрершой меня не сделаешь?
– При чем тут ты? – здраво заметил Гнилич. – Как тебе быть фюрершой, если им стану я?
– Фюрершой?
– Фюрером.
– Почему ты?
– А кто? Я ведь тоже денег дал.
Из угла, в котором засели менее авторитетные уйбуи, донеслось напряженное сопение: судя по всему, аутсайдеры были не прочь принять активное участие в дележке великофюрерской башни, но пока не знали как. Торчащие в окне дикари радостно заулюлюкали: они не слышали, что происходит внутри, но по физиономиям «студентов» сообразили, что финал близок, и принялись доставать телефоны, чтобы снять назревающую драку на видео.
– Мотивационные курсы – это вам не вискарем с утра нажраться,