Самый Лучший Ветер - 2 стр. 46
сбивая действие защитных рун, ухватился за что-то и рывком, в одно движение, стянул с шеи пациента все амулеты, а потом перевернул его на спину.
Морок мигнул и исчез, я подскочил со стула, и тут мы оба со злобным удивлением узнали лежащего на диване человека.
— Как тесен мир, — даже не сказал, а пропел в злорадстве Арчи и, снова перевернув на живот спящего, принялся без всякой жалости и без шуток вязать ему руки. — Нашелся все же, сука такая!
Маг сейчас крутил бывшего члена предыдущего экипажа нашей «Ласточки», звали его Игорь, фамилия его была Ткаченко, а был он родом с Торгового Острова, и был он плоть от плоти его, причем самой худшей его стороны. Я и раньше поражался, как один человек может вобрать в себя всю наглость и жадность портового города, его умению без колебаний пускать кровь подгулявшему матросу за небольшие, в сущности, карманные деньги, его стремлению превратить каждую встреченную на жизненном пути девушку в проститутку, но вот это был как раз тот самый случай.
В том экипаже Игоря официально именовали шнырём, и он гордо носил это звание по всему Новониколаевску, поражая уркаганов в самое сердце. Возник даже небольшой филологический спор, в результате которого было выявлено авторитетное мнение, что именно этот шнырь, кого надо шнырь, так что нечего тут. А кому не нравится, тот пусть сам магу «Ласточки» и предъявляет, если жизнь недорога.
В голове у меня щелкнуло, и паззл сложился. Чёрт, я ведь не просто так привязался к этому острову! По многолетней привычке я запоминал и привязывал к местности все увиденные мной интересные места на картах, все ключевые места. И вот этот остров, точно говорю, был на одной из тех двух карт, что мы утащили из Новониколаевска! Я еще удивлялся, помню, что за странная сопка такая среди заливных островов, нет ли тут какой ошибки или фантазии, и вот на тебе.
— Хватайся! — отвлек меня от воспоминаний Арчи. — Потом разглядывать будешь.
Я подскочил, схватил Игоря под связанные руки со стороны левого плеча, и мы вдвоем выволокли его наружу, где кинули его Ларе под ноги лицом вверх. Эльфийка тоже узнала лежавшего, но лишь удивленно дернула одной бровью.
— Предсказуемо, — наконец выдала она, бесстрастно разглядывая Игоря. — Никто другой тут себе лежбища тайного устраивать не будет, только экипажи дирижаблей. Я уж извелась вся, не знала, на кого и думать, кого в плохом подозревать. А это, хвала Единому, они, единственные выродки из всего вашего племени.
— Оставили на хозяйстве, видимо, — предположил я. — И ушли. А потом мы их прижали. А он и не знал, бедолага. Измаялся весь, наверное.
— Знал, — легко опровергла мои выкладки Лара. — Если бы не знал, то выскочил бы навстречу, таиться бы не стал. Да и по соседним землянкам добро всякое уложено по-походному, в бега он собирался, только зелени ждал, чтобы прятаться было легче.
Я пожал плечами, принимая ее слова, а вот Арчи было наплевать на наш разговор, он с нешуточным интересом разглядывал амулеты.
— Сходите прогуляйтесь, мальчики, — предложила нам эльфийка тоном, не терпящим возражений. — Туда, где ты, Тёма, посадочный пятачок увидел, а я пока с человеком побеседую. И амулеты мне оставьте, пожалуйста. Такой мастер делал, отсюда вижу, руки