Самый Лучший Ветер - 2 стр. 9
рабочих дел, надо было ему поклониться в новом для меня качестве недомага, оказать уважение.
Антоху мы с легким сердцем оставили на хозяйстве, потому что Лариска наконец-то впала в привычную спячку, и наказали дожидаться Далина. Арчи нагрузил юнгу работой по хозяйству, пообещав, в качестве поощрения, отпустить на ночь домой. Маг еще выловил обоих домовых, и необычайно серьезно с ними поговорил. Попросил под страхом лишения печенек не лезть лишнего к Лариске, и уж тем более не будить ее, а дать поспать вволю.
— И если узнаю, что водите кого со стороны, чтобы показать всем какие вы ей друзья, — не в шутку пригрозил маг вытянувшимся в струнку нечистикам, — особенно ты, Микентий, лишу молочной порции на неделю. Будете у меня пустой чай хлебать, с черным хлебушком. А то ишь ты, затеяли тут сходняк. Кавалер Кирюша со наставником!
Наш трюмный немного укоризненно покосился на Микешку, а затем оба огорченно вздохнули и согласно закивали головенками, сокрушенно соглашаясь со словами мага. Я не стал влезать в воспитательный процесс, и лишь мимоходом погладил Кирюшку по шерстке, направляясь к выходу. Арчи тоже не стал затягивать, показал домовым пальцем на неубранный стол и выскочил в дверь еще быстрее меня, чтобы только не рассмеяться при них.
— Вот умора, — пихнул он меня в
плечо. — А глазёнки серьезные такие были, куда там Антохе, когда он Далина слушает. И, главное, хватило же ума территорию поделить, ты в курсе? Кирюха сейчас на корабле главный, Микешка в ангаре. Договорились, что если кто в чужие владения зайдет, то становится другому там помощником.
— Пролетел Кирюха наш, молодой он еще с наставником договариваться, — усмехнулся я, оценив коварство старшего домового. — Микентия теперь и палкой на «Ласточку» не загонишь.
— Есть маленько, — подтвердил Арчи, все еще улыбаясь и прибавляя ходу. — Но только ему же хуже, я про Микешку. С одной стороны, трюмному нашему ничего, кроме корабля, не нужно, и помогать другим он всегда готов, а вот с другой стороны уже серьезно получается. Лариска-то почуяла хитрость Микешкину излишнюю, и шибко-то его не привечает, сколько бы он ей не кланялся. Только к Кирюшке благоволит.
— Красотка! — я даже остановился, чтобы оценить новость. — Вот молодец! Высшая справедливость в действии. И надо говорить — кавалер Кирюша, не забывай. Ладно, чего ты к Васильичу-то меня потянул?
Арчи сразу не ответил, и лишь досадливо хмыкнул, собираясь с мыслями.
— Там увидим, — наконец выговорил он, поморщившись. — На разведку идем. У меня бабушкины слова все никак из головы не уйдут, что поберечься нам надо. Хотя, если бы было что серьезное, Васильич сам бы к нам пришел, не погнушался. Он старик правильный. Я вчера и сегодня, конечно, пообщался со всеми, но вот есть у меня ощущение, что не все нам еще сказали. Разговоров серьезных не было, даже странно. Так, привет-привет. Документы вот отдал, расспросили плотно в дружине, и все, до свиданья.
— Конечно, не было, — удивленно покосился на него я. — Что ты как маленький. Событий-то вон сколько было. Пока выяснят, кто виноват, кого наказать, кого наградить, и вообще что делать — к нам даже не подойдут. Этому меня в дружине научили. Там принято виноватых и тем более награжденных помариновать немного, пусть прочувствуют, пусть помаются.
— Понятно, —