Шанс на миллион долларов стр. 42
не понял. Что ж, имея на руках паспорт Строганова, Юрий теперь спокойно сможет получить конверт – почтовые служащие никогда не смотрят на фотографию; документ предъявлен – следовательно, все в порядке.
И действительно, на почте ему выдали конверт Строганова, где он, как и ожидал, нашел необходимый для получения денег код. Казалось бы, все шло так, как было задумано, но какое-то непонятное чувство томило Юрия. Что-то было не так, он чувствовал это с самого начала, с того самого дня, когда он совершил убийство. Ему мерещилось непонятно что, он уже готов был поверить, что Строганов, кому всегда так бесчестно везло, и здесь сумел как-то выкрутиться и остался в живых. Хотя Костромин прекрасно помнил его бессильно обмякшее тело и мутный взгляд за две секунды до взрыва, как он мог спастись! Этого не может быть! И однако, когда управляющий банком сказал ему об опознании трупа по стоматологической карте, Костромин еще больше заволновался. А вдруг экспертиза покажет, что не Строганов погиб в машине? Вдруг Строганов жив и прячется где-то рядом, наблюдая за ним и готовясь нанести удар, тем более страшный, что Костромин совершенно его не ждет?
А когда управляющий снова вызвал его и сказал, что звонила Громова и просила приехать к ней, чтобы ознакомиться с результатами экспертизы, и что самому управляющему этим заниматься некогда, – Костромин поехал к Громовой с бьющимся от волнения сердцем, нехорошими предчувствиями и влажными ладонями.
Громова ждала его в своем кабинете за столом, заваленным бумагами. При его появлении она оторвалась на секунду от бумаг, поздоровалась, указала жестом на стул, – садитесь, – и снова уткнулась в очередной документ. Если бы Костромин не был так взволнован, он бы только усмехнулся – он хорошо знал такой психологический прием: я, мол, так занята, так занята… с одной стороны, внушаешь посетителю ощущение своей значимости и страшной занятости, с другой – заставляешь его подождать и понервничать, тем самым подготавливая к очередному нелицеприятному разговору. Но сейчас Костромин был так взволнован, что не воспринял поведение Громовой, как обычный психологический трюк, а занервничал еще больше. Он посмотрел на ее склоненную голову. Лет этак за пятьдесят, но еще не пенсионный возраст. Одета вроде бы и прилично, но неинтересно – еще бы, где ей об одежде думать, надо преступников ловить! Громова оторвала взгляд от бумаг и подняла глаза:
– Извините, Юрий Николаевич…
– Что вы… – Костромин в первое мгновение удивился – откуда она знает его имя и отчество, но потом сообразил, что он только что оформлял внизу пропуск и ей его данные, конечно, сообщили.
– Нами произведена экспертиза эксгумированных останков, предположительно Александра Васильевича Строганова, – начала Громова, и Юрий похолодел: «предположительно!» Значит, еще не точно!
Громова продолжала:
– С санкции прокурора была произведена эксгумация вышеназванных останков и изъятие в стоматологической клинике «Стома» зубной карты Строганова. Экспертом Новиковым Андреем Ивановичем было произведено сличение зубного оттиска нижней и верхней челюстей эксгумированных останков с данными стоматологической карты. На основании этого сличения эксперт Новиков подтвердил, что эксгумированные останки принадлежат Строганову Александру Васильевичу.
Костромин почувствовал, как с его души свалился камень величиной с постамент «Медного всадника». Строганову не удалось-таки выкрутиться, смерть не перехитришь. Он заметно повеселел и спросил у Громовой:
– Вы пригласили меня только для того, чтобы сообщить результаты экспертизы? Больше я ничем не могу вам быть полезен?
– Не мне, – строго поправила его Громова, – не мне, а следствию. Разумеется, можете быть полезны. Я хочу спросить вас: как вы считаете, кто мог быть заинтересован в смерти Строганова?
«Больше всех – сам Строганов», – подумал Костромин, но вслух он этого сказать не мог, поэтому слегка замялся:
– Вы понимаете… человек, работающий с большими деньгами, всегда находится как бы в зоне риска…
– Но ведь такое убийство никак не может быть сопряжено ни с ограблением, ни с попыткой вымогательства денег – у покойника ничего уже не отнимешь. Вы не могли бы мне сказать – возможно, ему кто-то угрожал, шантажировал его?
– Мне о таких фактах ничего не известно.
– Кроме того, что вы занимаете пост начальника службы безопасности банка, вы еще были другом покойного Строганова, и даже близким? Кажется, вы с ним учились в школе?