Шанс на миллион долларов стр. 46
зажигания. Костромин распахнул дверцу и основательно заехал неудачливому угонщику в ухо. Тот пытался сопротивляться, впрочем, неумело, но потом быстро раскис и стал умолять не сдавать его в полицию, поскольку у него с ней и так весьма натянутые отношения. Костромин еще немного его побил, а потом отобрал документы на имя Максима Ивановича Широкова, уроженца Ростова-на-Дону. Костромин высказал сомнение в их подлинности – русская фамилия угонщика плохо сочеталась с его кавказским профилем и акцентом.
– Что поделать, дорогой, какие документы достал, с теми и живу, других бог не дал.
И тут у Юрия Николаевича возникла идея – сам он человек серьезный, законопослушный. Наружное наблюдение – это одно, а если он или его сотрудники проникнут с целью сбора информации в офис клиента, – а у того наверняка понатыкано везде разных охранных систем, видеокамер и прочего, которые зафиксируют факт взлома и проникновения – так потом ведь не отмоешься! А не отправить ли туда вот этого проходимца – с него и взятки гладки, его если и поймают, то никому его особа неинтересна.
Костромин пообещал Максу не сдавать того в полицию, да еще заплатить неплохие – по меркам Макса – деньги, если тот залезет в нужный офис, откроет несгораемый шкаф и переснимет для Костромина кое-какие финансовые и бухгалтерские документы. Макс довольно легко согласился и ловко справился с поставленной задачей. Костромин понял: ему в руки попался подлинный талант.
Переснятые документы помогли выяснить действительное состояние дел потенциального получателя – состояние было препаршивым, так что в кредите ему отказали, – а Костромин посчитал новое знакомство ценным и, пользуясь методом кнута и пряника, то есть поочередно угрожая Максу полицией и подкидывая ему небольшие суммы денег, использовал его для выполнения разного рода мелких делишек, слишком дурно пахнущих, чтобы ими занимался сам Юрий Николаевич. Были у него в прошлой жизни свои информаторы, да они не годились, потому что Юрий Николаевич в Комитете специализировался преимущественно на режимных предприятиях, а там работал народ немолодой, за много лет привыкший действовать по указке и сейчас, при новых условиях работы, они терялись и не удовлетворяли повышенным требованиям.
И в этот раз, когда возникла проблема с обыском в квартире Лены Барташовой, и Светлана с чисто женским коварством предложила свой план, Костромин сразу же вспомнил о секретном сотруднике. Поскольку к помощи Макса он прибегал довольно часто и в самый неожиданный момент, то Костромин купил ему мобильник. Макс очень мобильником гордился – ему казалось, что теперь он настоящий деловой человек.
Костромин позвонил и позвал его на встречу в обычном месте, и Макс примчался мгновенно: он знал, что вызовы от шефа всегда приносили ему деньги, и летел на встречу на крыльях любви. К деньгам, разумеется.
Ангелине было ужасно скучно. Она отвела сына в бассейн, и теперь надо было убить на что-то часа полтора времени. Она плелась по улице нога за ногу, любуясь своим отражением в стеклах витрин. Конечно, можно было пройтись по магазинам, но доехать до приличных магазинов она не успела бы, а здесь, возле бассейна, располагались такие лавчонки, куда респектабельной женщине и заходить-то стыдно. Кроме того, ходить по магазинам без денег – это какой-то садомазохизм. Ангелина обычно бегала по магазинам со скоростью шесть-семь тысяч в час. Это если не делать крупных покупок. Но муж совершенно ни на что не годился, денег жене почти не приносил (разве можно было назвать деньгами ту мелочь, что ему удавалось заработать!), так что Ангелина уже забыла, когда она получала настоящее удовольствие от жизни.
Боковым зрением она заметила, что рядом с ней возле самого тротуара медленно едет машина. Осторожно скосив глаза, Ангелина разглядела: машина была так себе, всего лишь «Вольво», но ухоженная. За рулем сидел жгучий брюнет довольно пошлого вида в неплохом костюме, но скверно подстриженный и пожирал ее, Ангелину, глазами. Это, конечно, говорило о его хорошем вкусе. Сегодня Ангелина была очень довольна своей внешностью: она попробовала новую краску для волос, и эффект превзошел все ее ожидания – волосы приобрели изумительный цвет, в котором было что-то от малиновой роскоши бархатного переходящего знамени