Библиотека

Шанс (СИ) стр. 4

Размер шрифта
-
+
Тема

белым ковром. Зима пожаловала рано. И синоптики как всегда ошиблись, предсказывая её мягкой и бесснежной.

Они гуляли по опустевшему парку: припорошенная снегом дорожка, голые деревья, дрожащие под порывами ветра, покрытый тонкой корочкой льда пруд. Все замерло в ожидании весны.

— Сложно объяснить.

— А ты попробуй, — настаивала Моника, дыша на замершие в перчатках ладони.

За месяц она и ее проводник сильно сблизились, теперь разговоры с Марком не ограничивались его замечаниями по поводу картин. Они говорили обо всем на свете: начиная от кулинарии и заканчивая такими темами, как жизнь и смерть. Последняя интересовала Монику больше всего, и Марк это прекрасно понимал. Поэтому все его ответы на сыплющиеся один за другим вопросы девушки были уклончивы и расплывчаты.

Вот, и сейчас ангелу приходилось выкручиваться. Запрет есть запрет.

— Это совсем другой мир.

— Он чем-то похож на наш?

— Отдаленно… Там нет времени суток, там нет материи — это сплошной поток энергии, первозданной энергии, где все и всё растворяется.

— Звучит как-то не очень уютно, — пробормотала Моника. — Почему же ты здесь?

— Я выполняю свои обязанности.

— Проводника?

— Верно, — кивнул ангел.

— И все могут видеть своих Проводников?

— Нет, ты первая такая оказалась в моей практике, — усмехнулся Марк, чем вызвал ответную улыбку у девушки. Та снова подышала на ладони, пытаясь отогреть закоченевшие пальцы.

Они гуляли долго, и художница, в отличие от своего спутника, успела порядком замерзнуть. Вот, только желание возвращаться домой не появлялось, и прогулка продолжалась.

— Почему так?

— Понятия не имею, — пожал плечами Марк, — может, все дело в том, что ты умеешь видеть, что не замечают другие люди.

— Вроде, они смотрят, но не видят? — шутливо поинтересовалась та.

— Да. Вроде того.

Моника в задумчивости подняла голову, разглядывая свинцовое небо, потемневшее в преддверии наступающих сумерек. Снегопад стал сильнее. По щекам же стекали капельки влаги — растаявшие снежинки.

— Почему ты одна живешь? — внезапно последовал вопрос от ангела.

Он редко их задавал, обычно эту роль на себя брала Моника. Все-таки любопытство было ее неотъемлемой чертой. Такой же, как и вспыльчивость.

— У меня был любимый человек, но он ушел к другой.

— Он знает о твоей болезни?

— Да, — говоря, она подставила руки, ловя падающие хлопья, — он бросил меня, узнав о ней. Каково это быть посланником Смерти?

— Тяжело…

— ?

— Тебе отведено только место зрителя. Ты видишь все в человеческой жизни: ошибки, обманы, иллюзии и мечты, которым не суждено сбыться. Знаешь, это своего рода мое наказание: без возможности жить заново, я могу лишь наблюдать, получая от этого крохотные частички жизни… Я краду их у доверенных мне людей, живя с ними, делая тоже самое, что и они. Играю в жизнь.

Он замолчал.

Они прошли в молчании до конца парка, покинули его через арку и вышли на широкую улицу Армейскую, миновав которую ангел и девушка должны были попасть во дворы многоэтажек. А там и до дома недалеко.

— Ты замечательно рисуешь, — сказал Марк, когда они перебегали пустую дорогу.

— Спасибо.

— Нарисуй меня, — и заметив вопрос во взгляде девушки, пояснил. — Я хочу увидеть себя.

— В квартире есть зеркала… — начала было Моника, но ангел ее перебил.

— Я не могу видеть свое отражение… — спустя секунду Марк продолжил, — за прошедшие столетия и я забыл, как выгляжу… забыл, кем

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.