Библиотека

«Сапер ошибается один раз». Войска переднего края стр. 54

Размер шрифта
-
+
Тема

танки идут потихонечку и прямо на наше минное поле. Думаю про себя: а земляк-то мой артиллерист — молодец парень, молчит, не обнаружил себя. Первый танк как-то два ряда мин по минному полю прошел, не взорвался, но следующий за ним подорвался, закрутился. Другие отвернули, как я и предсказывал, дали сигнал своим саперам, чтобы поле разминировать. Когда они в обход пошли, ребра подставили — артиллерист как по ним даст! Один, второй, третий танк загорелся — земляк мой не меньше 5 машин поджег. Но те тоже не дураки, что сзади шли, — по выстрелам определили, откуда бьют. «Тигр» или «элефант» как шарахнул на вспышки

— и, смотрю, куда колеса полетели, куда что. Еще несколько минут прошло, и мы отошли. Не знаю, жив земляк остался или нет, я его больше не встречал.

Танки пошли дальше, а мы — деру. Одну линию обороны прошли, там тоже наши заграждения были. Войск наших дальше не было, мы закрыли проходы.

— Что значит закрыли?

— Все наши вышли, мы последние отступали.

— Вы мины в эти проходы выставили?

— Да, у нас запас мин в сторонке был приготовлен. Отошли, а три человека, что стояли наготове в кукурузе, их установили. Ушли мы за вторую линию обороны, закрыли проходы, а танки жмут. Отдохнуть бы — ноги не ходят. И вот прорвались, я помню, три танка и пошли на командный пункт полка нашей дивизии. В штабе люди остались, а командир полка был майор, Герой Советского Союза. Всех с гранатами против танков бросил. Сам выхватил гранату и в головной танк метнул. Гусеницу подорвал, танк закрутился. Майор хотел вторую гранату бросить, но из подбитого танка его пулеметом скосило. Весь командный пункт танки немецкие раздавили и дальше пошли.

Все было на моих глазах. Я фамилии его не помню, но он был красавец парень, ходил почему-то в черной гимнастерке с портупеей. Я многих командиров знал, потому что мы для них минировали и им докладывали. Это все было 23 февраля. У меня до сих пор перед глазами стоит, как тогда танки наши блиндажи давили.

— Александр Матвеевич, как получилось, что на Гроне у вас даже патронов не было?

— Как? Они были, патроны, много было, снаряды были, но танков было много и пехоты немецкой — мы все патроны расстреляли. Единственная связь с левым берегом была через деревянный балочный мост, метров 150 длиной. Через него поднявшаяся вода текла. Он едва удерживался тросом и не мог снабдить всю нашу группировку. Где всего наберешься? Я знаю по рассказам, что мехкорпус наш был разбит — осталось несколько десятков машин, которые тоже потом побросали. Командующий корпусом скомандовал «Делай как я!» и пошел напролом. Через лес прошел, вывел остатки людей и знамя вынес.

Мы когда переправлялись на свою сторону — немцы со своего берега били по нам. На нашей стороне стояли подразделения вроде заградотрядов, с пулеметами, автоматчики: «В оборону, в оборону!» Представьте себе, каково из воды вылезти в конце февраля и лечь в оборону! Я-то оттуда ушел, сказал, что мы, саперы, имеем задание командующего построить наблюдательный пункт. Хотя у меня такого задания и не было, но я знал, что все равно заставят строить. Меня пропустили:

— Люди твои?

— Мои!

— Проходи!

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.