Шахматная партия Дерини стр. 271
Она с треском распахнулась.
Келсон сидел одетый у письменного стола. У него был угрюмый вид, волосы были растрепаны.
На столе горело множество свечей, пламя которых заплясало, когда дверь распахнулась. Но Келсон не обратил внимания, он что-то записывал на куске бумаги, внимательно изучая, лежащие перед ним на столе, пергаменты.
Позади него и чуть левее стоял Дерри в наспех наброшенной голубой тунике. Он склонился над плечом Келсона и что-то показывал ему в документе.
Возле зажженного камина бессильно сидел молодой рыцарь. Он тупо смотрел в огонь, изредка отхлебывая горячее вино. На нем был наброшен один из малиновых плащей Келсона. Два пажа старались снять
с него сапоги.
Келсон поднял голову, и его глаза расширились от удивления, когда он увидел в дверях Моргана и Дункана. Он вскочил и уронил перо. Дерри отступил назад и спокойно смотрел на них. Даже при тусклом свете свечей можно было с уверенностью сказать, что произошло что-то плохое.
Келсон подал знак, чтобы пажи и рыцарь удалились, и не двинулся с места, пока за ними не закрылась дверь. Только затем он вышел из-за стола, держась за него. Он не говорил ни слова.
Морган посмотрел сначала на Дерри, а затем на Келсона.
– Что случилось, Келсон?
Келсон смотрел на носки своих сапог, боясь встретиться глазами с Морганом и Дунканом.
– Мне трудно говорить, Аларик, отец Дункан. Вы лучше сядьте.
Дерри принес им стулья.
Морган обменялся с Дунканом тревожным взглядом и они сели. Дерри вернулся на свое место за креслом Келсона. Лицо его было непроницаемо.
Морган снова посмотрел на Келсона, и тот вздохнул.
– Прежде всего, вот это, – сказал он и жестом показал на стол, где лежал пергамент. – Я не знаю, что произошло в Святом Торине, отец Хью не сообщает деталей, но я думаю, что не зря вас обоих отлучили от Церкви.
Морган и Дункан посмотрели друг на друга, и Дункан кивнул.
– Лорис?
– Вся Курия Гвинеда.
Дункан сел и вздохнул.
– Нет, это нас не удивило. Горони, должно быть, столько им наговорил. Я полагаю, что они там упомянули о том, что я Дерини?
– Там все есть, и это тоже, – Келсон кивком головы показал на пергамент.
Морган нахмурился и выпрямился в кресле, внимательно изучая Келсона.
– Ты не все сообщил, Келсон. О чем-то, что произошло еще до того, как ты получил это послание. Что случилось? Почему люди в трауре? И чья это голова на воротах?
– Имя это человека Риммель, – сказал Келсон, избегая взгляда Моргана. – Вы, может, помните его, отец Дункан?
– Архитектор моего отца? – Дункан кивнул. – Но что он сделал? Обезглавливают обычно предателей?
– Он любил твою сестру, Морган, – прошептал Келсон. – Он нашел какую-то старую ведьму в горах, и она дала ему любовный амулет. Но только этот амулет был неправильно сделан. И вместо того, чтобы дать любовь Риммелю, он убил.
– Бронвин?
Келсон кивнул удрученно.
– И Кевина. Обоих.
– О, боже, – пробормотал Дункан.
Голос его сорвался. Он спрятал лицо в ладонях.
Морган, пораженный, ухватился за плечо Дункана.
– Бронвин мертва? Бронвин убита магией?
– Кристалл Джерраман, – тихо ответил Келсон. – Одна она смогла бы пересилить заклинание. Оно было слабым. Но тут вмешался Кевин. Это произошло