Шахматная партия Дерини стр. 50
последовал в ночную вазу вслед за наркотиком. Затем помочился на эту смесь.
Ну, вот.
Даже Дерини не сможет восстановить исходные составляющие этой смеси, хотя вряд ли кому-нибудь придет это в голову.
После всего Дерри сбросил куртку и стянул сапоги. Сорвал грязное покрывало с постели и растянулся на жестком матраце, положив кинжал под подушку, чтобы его можно было быстро достать в случае тревоги.
Затем сунул медаль Моргана под тунику.
– Вдруг кто-нибудь зайдет сюда и увидит ее, – подумал он и погрузился в сон.
Глава 1Март в Одиннадцати Королевствах всегда был месяцем бурь и штормов, он приносил с Великого Северного моря снег, который толстым слоем ложился на серебряные горы, вихрями кружился над высокогорными долинами востока, пока, наконец, не низвергался дождями на Великую Гвинедскую долину.
Март – самый непостоянный месяц.
Это последний оплот зимы перед наступлением весны, но он также и предвестник великого пробуждения природы, бурного расцвета той зелени, которая ежегодно затопляет всю страну.
Случалось, что март был мягким, но не часто. Сейчас же была такая весна, когда люди могли надеяться на скорое окончание зимы в этом году – такое тоже бывало. Но жители Гвинеда не особенно надеялись на раннюю весну. Они по опыту знали, что март – месяц капризный, часто жестокий, и ему ни в коем случае не следует доверять.
Март в первый год царствования короля Келсона не был исключением.
Сумерки пришли рано в Ремут – столицу государства Келсона.
Так часто бывало в марте, когда на страну с севера и востока накатывали бури.
Эта буря разразилась в полдень. Град размером с человеческий ноготь, ударивший по навесам ларьков и крышам лавок на рыночной площади, заставил торговцев поспешно искать убежища.
По истечении часа все надежды на то, что удастся спасти базарный день в столице, исчезли, и торговцы начали неохотно собирать свои товары, запирать лавки и расходиться по домам.
Над городом грохотал гром, висел острый запах озона и лил сильный дождь.
С наступлением сумерек под дождем можно было найти только тех, кого дела принудили быть на улице в такую ненастную погоду, – городских стражников на своих постах, солдат, посыльных, спешащих с поручениями, горожан, пробирающихся сквозь дождь, холод и ветер к своим теплым домашним очагам.
И теперь, когда опустилась темнота, только дождь и ветер гуляли по узким улицам Ремута, омывали черепичные крыши домов и купола соборов. Вода перехлестывала через край облицованных булыжниками сточных канав.
Колокола большого собора на севере города отзвонили положенные часы.
В каждом доме за стеклами окон, по которым ручьями стекала вода, были видны свечи, освещающие комнаты. Их пламя плясало под порывами дождя и ветра, которые проникали сквозь щели дверей.
В домах и тавернах, харчевнях и придорожных гостиницах жители города собрались за ужином у каминов, прихлебывали добрый эль, разговаривали о делах и ожидали, когда стихнет буря.
На дворец архиепископа, расположенный в северной части города, тоже обрушилась буря. В тени дворцовых стен на фоне темного неба угрюмо вырисовывалась громада собора святого Георга, вонзалась во тьму игла колокольни. Бронзовые ворота были заперты на крепкие засовы.
Одетые в кожаные плащи стражники патрулировали вдоль границ дворцовых строений, их воротники были подняты, капюшоны нахлобучены на глаза для защиты от ветра и дождя.