Шахматная партия Дерини стр. 8
опустил глаза. – Прости, это прозвучало чересчур жестоко, не так ли?
Дункан не успел ничего сказать.
Его прервал стук в дверь, и на дороге появился Ричард. Его красивое лицо было напряжено. Он явно нервничал. Когда он поклонился королю, глаза его сверкнули.
– Прошу прощения, сэр, но явился священник, который настоятельно требует вашей аудиенции. Я ему сказал, что вы собираетесь спать и что ему лучше явиться завтра, но он утверждает, что должен немедленно поговорить с вами по очень важному делу.
Прежде чем Келсон успел ответить, из-за спины Ричарда вынырнул священник в темной сутане и бросился на колени перед Келсоном.
В руке короля мгновенно появился стилет, а Нигель привстал с кресла, держа наготове оружие.
Колени священника еще не успели коснуться пола, как Ричард прыгнул ему на спину, одной рукой обхватив его горло удушающим приемом, а другой рукой прижав кинжал к шейной вене. Колено Ричарда уперлось в спину человека.
Священник морщился от боли, но не вырывался, чтобы защитить себя или напасть на короля. Он закрыл глаза и раскинул в сторону руки, показывая, что у него нет оружия.
– Сэр, я не желаю причинить вам вреда, – прохрипел он, косясь на смертоносное лезвие кинжала, касающееся его шеи. – Я отец Хью де Берри, секретарь архиепископа Корригана…
– Хью! – воскликнул Дункан, с тревогой наклонившись вперед, когда узнал его. Он знаком приказал Ричарду отпустить его. – Какого дьявола? Почему ты здесь?
Хью открыл глаза, когда услышал голос Дункана, и умоляюще посмотрел на него. В его глазах смешивались страх и решимость довести дело до конца.
Ричард отпустил горло Хью и отступил назад, подчиняясь жесту Дункана, но держа кинжал в руке в полной готовности.
Нигель медленно опустился в кресло, а Келсон все еще держал стилет в руке.
– Ты знаешь этого человека, отец Дункан? – спросил он.
– Он действительно тот, кем назвался, – осторожно ответил Дункан. – Но я ничего не могу сказать относительно намерений, с которыми он явился сюда. Объясни, Хью.
Хью проглотил комок в горле, а затем посмотрел на Келсона и склонил голову.
– Я прошу прощения, сэр, но мне было нужно увидеть вас. У меня есть новость, которую я не могу доверить никому и…
Он снова посмотрел на Келсона и стал вытаскивать сложенный пергамент откуда-то из своей мокрой сутаны. Его тяжелый мокрый плащ на плечах, там, где его хлестал дождь, весь промок, а в жиденьких каштановых волосах, которые блестели от влаги, кое-где в свете факелов блестели капельки воды. Пальцы Хью дрожали, когда он протянул сложенный пергамент Келсону. Он снова опустил глаза и втянул руки в рукава, чтобы не было видно, как они дрожат.
Келсон нахмурился и вложил стилет в ножны, прежде чем развернуть пергамент.
Нигель придвинул ближе свечу, а Дункан обошел стол, чтобы иметь возможность прочесть документ через плечо Келсона.
Когда он пробежал глазами строчки, лицо его потемнело.
Подавив поднимающийся гнев, Дункан выпрямился и посмотрел на Ричарда, в его голубых глазах бушевала гроза.
– Ричард, будь любезен, подожди в коридоре. Я послежу за этим человеком, – и он взглядом указал на склоненную голову Хью.
– Хорошо, отец.
Когда дверь за ним закрылась, Дункан сел в свое кресло.
Он изучал Хью, глядя