Сбежавшая принцесса стр. 62
что его нет в Париже, и Габриель жадно за это уцепилась. Определенно, если бы она ничего для него не значила, Люк не заметил бы ее отсутствие и как ни в чем не бывало вернулся бы к работе.
Но тот факт, что его не было в парижском офисе, вселил в нее оптимизм. Он напомнил ей о том, что сказал ей Люк во время их путешествия по калифорнийскому побережью.
Они неспешно брели по извилистой тропинке в скалах в Биг-Сур, любуясь огромными деревьями и изрезанной береговой линией, о которую с грохотом бились волны Тихого океана.
– Я предпочитаю Рим другим городам, – сказал Люк. – Там я чувствую себя дома.
– В таком случае почему ты не ездишь туда чаще? – спросила Габриель, услышав в его голосе грусть.
– Мой офис находится в Париже. – Он пожал плечами и слегка нахмурился, словно не понял ее вопроса. Словно в жизни не было ничего важнее работы.
Тогда она спросила себя: почему внутри него такой разлом? Почему работа и дом находятся по разные стороны этого разлома? Ей захотелось как-нибудь его утешить, хотя она чувствовала – ему это не понравится. Сейчас она задавалась вопросом: почему тогда ей не пришло в голову, что он работал как проклятый, поскольку ничего другого не знал? Он даже не знал, что нуждается в поддержке.
Она посмотрела на безымянный палец левой руки, на котором было два кольца. Бриллиант, играющий на солнце всеми цветами радуги, напомнил ей о том вечере, когда Люк его ей подарил. Тогда он держался довольно отстраненно, но она все равно почувствовала его уязвимость. Даже у таких сильных мужчин, как Люк Гарнье, есть уязвимые места. Может, в тот вечер он понял, что она ему небезразлична, но не сумел это выразить?
Разумеется, он не мог ей доверять. Потому что он вообще никому не мог доверять. Потому что рядом с ним никогда не было надежного человека.
Его родители были так
заняты выяснением отношений, что забывали о его существовании. Они погибли, когда Люк был еще так молод. Он никогда никого к себе близко не подпускал. У него были все основания ей не доверять, когда Сильвио оклеветал ее перед ним. Ее нисколько не удивляло, что Люк почувствовал себя преданным. Месяц любви не мог перечеркнуть целую жизнь, полную недоверия и подозрений.
Это лишь придало Габриель больше решимости. Она будет его любить вне зависимости от того, примет он ее назад или нет. Она не остановится только потому, что в тот злополучный день в Лондоне он выместил на ней свой гнев. Она так сильно его любила, что не собиралась отступать, какой бы трудной ни была борьба. Она готова пойти на все, чтобы достучаться до той ранимой части, которая пряталась глубоко внутри него. Когда это произойдет, он оба освободятся от груза прошлого.
Стоя на террасе своего пентхауса, Люк смотрел на крыши Рима. Он никогда не приводил женщин в это место, которое считал своим домом, и поначалу не собирался приводить сюда Габриель, даже несмотря на то, что она была его женой.
Однако сейчас он беспрестанно думал о ней.
«Габриель понравилось бы наблюдать за тем, как солнце встает над городом, окутывая купола и шпили оранжевым и золотистым светом».