Счастье в наследство стр. 127
с заплаканным, опухшим лицом. Доктор Спенсер, к удивлению Грейс, держался подле нее, словно опасался, что она упадет в обморок. Но Грейс не собиралась устраивать знатной публике подобное развлечение, позже, дома, у нее будет время для бурных рыданий, а здесь надлежит вести себя сдержанно, насколько это возможно.
Когда все закончилось, она захотела побыть на кладбище в одиночестве, чтобы проститься с Кэти, но экономка и дворецкий, ожидавшие поодаль, чуть ли не силой увели Грейс.
— Мисс, вам нужно отдохнуть, не стоит так убиваться, все в воле божьей, — уговаривала почтенная женщина. — Поедемте домой, полежите, поплачете, посмотрите на наших малюток…
Грейс послушалась, напоминание о малышах немного привело ее в чувство. Она была нужна им, хотя бы до тех пор, пока не вернется их овдовевший отец.
Вечером мисс Эттон поочередно заглянула в каждую колыбельку. Новорожденные уже сейчас отличались нравом, хотя внешне были очень похожи. Один из них, маленький Уильям, почти не плакал, во взгляде синих глаз Грейс чудились решительность и стойкость, свойственные маркизу Секвиллю. Другой, так и не успевший получить имя от матери, часто хныкал и доставлял немало проблем как кормилице, так и нанятой для ухода за детьми няньке.
— Надо бы их покрестить.
Экономка бесшумно вошла в комнату и склонилась вместе с Грейс над спящими детьми.
— Я не могу взять на себя ответственность и дать второму малышу имя. Пусть это сделает его отец, — печально ответила Грейс.
— Пожалуй, вы правы, мисс. Наверное, у них в семье есть какие-то имена, непременно переходящие от отца к сыну. Думаю, ждать осталось уже недолго, не больше трех-четырех дней… Ох, вот горе-то для его светлости…
Грейс обхватила руками плечи, словно ей стало холодно. Как бы ей хотелось уехать домой до того, как вернется Уильям… маркиз Секвилль. Но она обещала Кэти остаться, и она останется…
Через три дня Грейс получила письма от матери и графа Бьюмонта. Миссис Эттон горестно сетовала на несчастную судьбу бедняжки Кэтрин и горячо одобряла намерение дочери еще побыть в Уэймуте и позаботиться о маленьких сиротках.
Граф Бьюмонт выражал положенное участие, осведомлялся, чем может помочь в этих печальных обстоятельствах, а также пересылал мисс Эттон письмо от мистера Брокхарта. Она даже не стала открывать его — несомненно, речь шла о последней воле миссис Бьюмонт, завещавшей Грейс пять тысяч фунтов.
Она не собиралась отказываться от этой суммы. Часть ее Грейс намеревалась отложить на потом, чтобы обеспечить матери, а в свое время и себе самой, достойную старость, а часть — пожертвовать монастырской лечебнице.
24
Уже на следующий день около дома остановилась дорожная карета. Шел дождь, и Грейс смотрела сквозь мокрые стекла, как маркиз Секвилль, будущий герцог Дорсет, выходит из экипажа. Дворецкий раскрыл над милордом зонт, но тот отмахнулся и медленным, тяжелым шагом двинулся к входной двери.
Сердце Грейс отчаянно забилось, она поняла, что его светлость уже знает о смерти супруги, и стремление поддержать его, утешить, заставило мисс Эттон покинуть свое убежище и спуститься в холл. Она появилась на лестнице в тот момент, когда слуга помогал маркизу снять намокший черный плащ.
Милорд Секвилль заметил движение на лестнице и резко обернулся. Мне трудно передать вам выражение его лица, боль и опустошение на нем сменились неверием,