Счастливые Земли стр. 12
шаг.
— Ну не вечные же они, — попытался ободрить приятеля Родинка.
— Я начинаю думать, что, может, и вечные. — Здоровяк кивнул на запад. Конца топям не было, зеленое море осоки уходило к горизонту.
— А на востоке и севере леса. — Фарш смачно сплюнул в воду. — Нам же только на запад.
— На востоке — Колонна, — напомнил Родинка. — Я лучше по болотам побегаю, чем вернусь. Да и тот берег мне доверия не внушает. А тут интересно!
— О да! Живой пейзаж, — фыркнул Фарш. — Мне уже надоело по кочкам прыгать. Ноги болят.
— Сегодня будем рыбу есть. — Рыбак склонился над водой, с
интересом разглядывая завихрения у берега. — Надеюсь... Течение сильное. Переплыть все равно не смогли бы. Да и нам вниз по нему идти надо.
— Рыба — это хорошо, — зажмурился Родинка. — Если честно — все хорошо. Если у тебя что-то болит — значит, ты еще жив. И это не может не радовать!
— Пошли, — скомандовал Лесоруб и поднялся на ноги. — Хоть куда-нибудь да придем...
— Хочу под сосны! Плюхнуться на прохладный мох, руки раскинуть и глядеть вверх, пока не надоест, — поделился с товарищами Медведь.
— Будет тебе и мох и сосны... Все будет. — Мудрый поправил шлем. — Голова чешется, не могу больше!
— Мы идем или лясы точим? — Фарш нетерпеливо оглядел воинов.
— Вперед, к соснам! — хохотнул Родинка и, выхватив у Лесоруба алебарду, пошел искать дорогу.
— Мне все интересно, кто это был ночью, — неожиданно произнес Мудрый.
— Дух Болот, да. Нам в том селении о нем рассказывали. Он небось лягушек и хоронит, — оскалился Фарш.
Первым засмеялся Рыбак, следом за ним гулко захохотал Медведь, а потом не выдержали и остальные. Даже Фарш, глядя на товарищей, не смог удержаться от смеха.
— Уроды! — крикнул издалека Родинка. — Вы о чем? Я тоже поржать хочу!
— Иди давай, — весело бросил ему Лесоруб и зашагал следом.
Путь по топям продлился еще два дня. Солдаты брели вдоль петляющей реки и тщетно высматривали следы жизни по обоим ее берегам. Один раз на противоположной стороне Фарш заметил прогнившую лодку без весел. А Родинка нашел на болоте старую могилу. Больше никаких следов человека не было.
Под конец третьего дня вдали показалась полоса леса. Странно это смотрелось. Черный горизонт, в который упирается зеленый ковер болот. Воспрянув духом и решив не останавливаться, пока не дойдут до деревьев, солдаты прибавили шагу.
Заночевать под кронами не удалось. Когда до леса оставалось не больше часу пути, путь странникам преградила протока, шириной шагов в двести. Сил на переправу уже не было, да и стремительно темнеющее небо убедило друзей остановиться на ночлег именно здесь.
Разбудил солдат страшный вой, раздавшийся рядом со стоянкой. Ночную тьму разрывали нечеловеческие вопли ярости, боли и отчаяния. Всполошившись, воины схватились за оружие, но никто не рискнул подняться и взглянуть на происходящее.
— Что за дрянь? — прошептал Лесоруб, тщетно силясь разглядеть что-либо сквозь заросли осоки.
— Дерьмо какое-то, — процедил Рыбак. Он и Родинка как раз несли вахту, когда тишину болот разодрали истошные крики. — Не больше тебя знаю.
— Я бы не высовывался, — зло заметил Фарш, увидав, что Рыбак осторожно приподнимается.
Неожиданно близкий вопль отчаяния и