Счастливые Земли стр. 127
Лагерь церковников звенел железом, гремел лужеными глотками командиров. По прикидкам разведчиков Шамма — на заставе находилось не больше пяти десятков воинов.
Когда рухнули полыхающие ворота, Гнев бросился вперед.
Пропущенные удары он не считал, хотя каждый из них проламывал порядком прогоревшие доспехи, превращая Горящего в бешеный, плюющийся огнем факел.
Церковники еще не знали, что оба священника мертвы, и потому старались любой ценой сдержать Проклятого в воротах до подхода святых отцов.
Гнев с восторженным хохотом разил несчастных воинов налево и направо.
Ларсовцы перестали атаковать, перестроились, сдерживая демона слаженным полукругом. Пламя играло бликами на шлемах обреченных бойцов. Редкие и бесполезные удары алебардистов, прячущихся за спинами щитников, Горящего не беспокоили. Гнев замер, оглядывая единобожцев.
— Святые отцы убиты! — раздался далекий крик.
Воины попятились, и в этот момент демон бросился вперед. Прорвавшись через рассыпающийся строй, он наткнулся на металлическую решетку.
Доспехи, еще державшиеся на Проклятом, сослужили ему плохую службу. Отшатнувшись, Гнев попытался сохранить равновесие, но в следующий момент решетка прыгнула ему навстречу. Четверо бойцов, удерживающих стальной барьер, опрокинули Горящего на землю и прижал, и к ней ревущего от ярости Демона. К пригвожденному Гневу уже спешили солдаты Церкви с ведрами.
Тьма, наблюдавший за дракой с высоты, взвыл еще раз.
Удар дружины и Диких отрядов разметал остатки церковников по всему горному плато. Отбросивший решетку Гнев с ревом поднялся на ноги. Сквозь проломы в доспехах во все стороны били струи пара. Несколько ведер на беспомощного Проклятого церковники все же успели опрокинуть.
Над скалами летели редкие крики и звуки затихающего боя.
Победа...
Погасив остатки сопротивления, воины вернулись за спрятанными чуть ниже по склону доспехами. В разгромленном лагере остались Гнев и пара дружинников, которые стерегли взятых в плен церковников.
Горящий полыхал адским пламенем. Порубленный доспех почти не сдерживал ревущий огонь, выплевывающий струи пара.
Ларсовцы смотрели на это зрелище хмуро, бормоча под нос молитвы.
В бою потерь у захватчиков не оказалось вовсе. Обошлось и без раненых. Церковники, занятые Гневом, совсем растерялись во время атаки основных сил.
Когда отряды были готовы к дальнейшему путешествию, на пленных наконец обратили внимание.
Занялся ими Эвар. Низкорослый воин неожиданно быстро получил ответы на все вопросы. Единобожцы охотно рассказали обо всех заставах в долине и горных тропах в округе. При этом оба допрашиваемых не сводили изумленных глаз с Фарша. Эвар их интерес заметил:
— Вы его знаете?
Стоящий рядом Гезеш с любопытством оглянулся на приятеля. Фарш громко гоготал, рассказывая Паблару что-то из произошедшего боя. Видимо, ему довелось вступить в драку. Многие даже не ударили. Лесоруб, например, и замахнуться не успел.
— Второе пришествие, язычники! — неожиданно прошипел черноволосый, смуглый пленник с рассеченным лицом. Кровь еще сочилась из раны, пачкая доспех церковника.
— Меня всегда забавляло это слово — язычники, — поделился с Гезешем Эвар и перевел взгляд на второго единобожца.
— Ларс вернулся! — торжественно объявил тот.
— Ларс? — улыбнулся капитан Гадов и обернулся на Фарша. — Он — тот самый Ларс?
Пленники презрительно промолчали.
— У тебя хороший отряд, Лесоруб, — цокнул языком Эвар. — Горящий, мадрал, основатель Церкви.
— А остальные — просто боги, — поддержал его Гезеш.
— Да, кстати, — кивнул Эвар.
— Вы даже не знаете, с кем идете? — ужаснулся