Библиотека

Счастливые Земли стр. 279

Размер шрифта
-
+
Тема

вы напоролись?

Лавинец помрачнел:

— Значит, никто не дошел. Наверное, Восьмая Кисть была... Я надеялся, что хоть они выберутся.

— Что произошло?

Не знаю! Не повезло, — воин натянуто ухмыльнулся. — Наткнулись на эту стаю у Свирейн-Дарга. Явно из Урочища твари! Как там оказались — не пойму. В первой схватке отбились, но половина братьев полегла.

Он неожиданно хмыкнул:

— Зверушки-то разумные! И мстительные. Паладин решил, что бежать надо, не думая.

— Паладин? — спросил Гезеш.

— Их капитана так зовут.

— Звали, — поправил лавинец. — Его в первую ночь порвали. Обидно получилось. Дорогу-то аж до Свирейн-Дарга расчистили! Удалось ведь. А форт — пуст оказался. Да и эти... Мы и следы путали, и засады устраивали. Но каждую ночь лезли, сволочи.

— Свирейн мертв?

— Нет, там что-то другое. Ворота настежь, и никого, и, может быть? Хотя вряд ли... Надписи там на стенах жуткие. Паладин как прочел — лицом посерел. «Не смотрите за стену!» Похоже, что-то из Урочища пришло. И кротов этих небось оно же и привело.

— А ты-то как выжил?

Воин вздрогнул, его лицо окаменело, и, глянув в небо, он тяжело вздохнул:

— Ладно, что толку врать? Я себе слово дал, время исполнять... На третью ночь осталось лишь тридцать семь братьев. Мы решали, кто на этот раз будет отвлекать кротов, пока остальные драпают. Моя Кисть вызвалась... Мы пошли в сторону, откуда эти твари постоянно лезли... И я сбежал! Получается — предал братьев!

Антаг промолчал.

— Значит, я последний лавинец. Обидно... Последний брат Лавины опозорил цвета отряда! Бросил своих...

Гезеш неожиданно почувствовал жалость к сидящему воину. Почему? Ведь тот спраздновал труса и выжил, в то время как все друзья погибли. Поступок недостойный, но как поступил бы сам Лесоруб?

— Лавина не бежит. Но братьев больше нет. Я один. — Солдат поморщился. — Я сижу здесь четыре дня и жду, когда кто-нибудь выйдет. Слово себе дал если я

последний, то должен умереть с честью!

Дикие молчали. Никто не осуждал его, никто не винил, но на лавинца старались не смотреть.

— Я сдержу слово!

— Присоединяйся, — проговорил Антаг.

— Нет, у меня другая дорога. Меня ждут братья.

— Одурел?

— Меня ждут братья, — повысил голос солдат и улыбнулся. — Удачи!

Отряды зашагали по тракту. Дикие старательно отводили взгляд от сидящего на распутье бойца. Гезеш на этот раз шел последним, и когда дорога нырнула в сторону, то остановился на повороте, чтобы посмотреть назад.

Одинокий лавинец поднялся, подхватил оружие и ступил на тропу к Свирейн-Даргу.

Сумасшедший...

* * *

Пышный лес неожиданно закончился, будто обрезанный Творцами, и вокруг воцарилась безжизненная степь. Сухая трава едва прикрывала черную землю. Кое-где встречались небольшие островки высохших, скорчившихся от настигшего мир проклятия, деревьев. Даже небо здесь казалось мертвым, нависшим над головой разбухшей тушей, готовым рухнуть и размазать по земле бредущих воинов.

Вдали, у горизонта, темнели холмы.

Антаг с каждой пройденной милей мрачнел все больше и больше. Простые Мечи вели себя под стать командиру. С тоской поглядывали вперед, кривились, угрюмо сплевывали на погибшую землю. Гезешу показалось, что воины очень не хотят идти дальше на восток.

— Птиц тоже нет, — неожиданно проговорил Родинка. В последнее время он стал молчуном.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.