Счастливые Земли стр. 312
его товарищи засмеялись. Жесткий контраст: непонятный язык и вполне человеческий смех.
— Издеваются? — мрачно спросил его Родинка.
Тьма тоже хохотнул и развалился на земле:
— Скоро войдем в Урочище! Простые люди никогда не видели этой красоты. Пойдем медленно, но чтоб ни слова! Ни вздоха! Пока я не скажу, разумеется.
— А если ветка хрустнет?
— Ветка не страшно, — успокоил Друза Тьма.
— А если... — пошевелился шут.
— Скормлю Гнилушникам, — предупредил мадрал.
Джаззи понуро замолчал. Что за твари — ему неведомо, но если они питаются молодыми дундэйлцами, то знакомиться ближе желания не возникало.
— Сколько нам идти?
— Дней пять. — Мадрал широко зевнул, оскалив белые клыки. — Ночью храпящих, сопящих, разговаривающих и кричащих буду больно бить. Особенно касается Гезеша.
— Ага, он любитель. — Джаззи, по всей видимости, уже отдохнул.
— На себя глянь, — парировал Лесоруб.
— Ничего не бояться, идти строго за мною. Куда ни поведу — чтоб след в след, — продолжал инструктировать мадрал.
— Во славу твою, о Тьма! — прогундосил Паблар.
— Шутите пока. Есть еще время. Где-то до заката. Потом пойдем.
— Ночью?! — изумился Гезеш.
— Да, ночью, так безопаснее. Не волнуйся — света хватит, — загадочно фыркнул волкоголовый. — Предупреждаю, хоть один восторженный вздох или возглас — угроблю.
— Пять дней молчать, я же повешусь, — подавленно поделился опасениями Джаззи.
— Может, оно и к лучшему?
— Сначала я из тебя шапку сделаю, — огрызнулся шут.
Мадралы подтянулись, оскалили зубы.
— Молчать! — рявкнул на них Тьма. — Джаз, ты про шапки при них не говори, не надо...
Дундэйлец коротко кивнул, с опаской поглядывая на рычащих нелюдей.
— Никаких звуков!
О восторгах волкоголовый предупреждал не зря. Урочище Гезеш узнал сразу. Стемнело, люди гуськом шли за скользящим среди деревьев Тьмой. Вокруг плыли тени остальных мадралов. В воздухе висело урчание нелюдей. Монотонное, унылое, убаюкивающее. Как пояснил Тьма — мантра скроет людей от тварей Урочища.
Золотистый свет впереди заставил Гезеша запнуться, но идущий сзади Друз деловито ткнул приятеля кулаком в плечо.
Среди огромных деревьев плавно кружились разноцветные огоньки. Золотистые, зеленые, синие. Потрясающее зрелище. Возглас изумления приходилось силком удерживать в груди.
Осторожности способствовали и ночные звуки со всех сторон. Сквозь урчание мадралов то и дело пробивался далекий рев, вопль какой-то птицы, вой, рык и детский смех. Последний ужасал больше всего.
Урочище было великолепно. Идеально прямые деревья, закрывающие небо кроны и танцующие огни. Земля ровная, под ногами приятно пружинил разноцветный мох. Не путь, а радость. Лишь невозможность беседы омрачала чудную дорогу.
Один раз Гезеш почти столкнулся с рослой тварью, замершей среди деревьев. Тьма проскользнул у нее прямо под носом, и Лесорубу ничего не оставалось, как последовать его примеру. В ночи блеснули глаза медведеподобного чудовища, зверь потянул носом, фыркнул, но фурмагарец уже проскользнул мимо, доставив Друзу сомнительную радость любоваться мордой лесной твари.
Мадралы загудели чуть громче, и Гезеш услышал, как коротко рыкнул оставшийся за спиной зверь. Под рубахой заструился ледяной пот. Шансов в драке с такой образиной не было.
Но повезло. Тьма на ходу обернулся, довольно качнул головой и до самого утра больше не поворачивался.
Над Урочищем взошло солнце, и Гезеш опять с трудом сдержал вздох восхищения. Лучи света, пробивающиеся сквозь