Библиотека

Седая весна стр. 252

Размер шрифта
-
+
Тема

помогали мои соседи. Слепили из меня человека заново.

— Твои соседи не лучше других. Нынче все одинаковы, все воруют. И друг у друга, и где повезет. Иначе не выжить, не прокормиться. Если ты мне при знакомстве сказал бы, что воровством промышляешь, я бы испугалась. Теперь другое поражает, как без этого умудряются прожить? Сейчас дети воруют. А нам без того и вовсе невмоготу. Чем ты меня хотел сразить? — устало отмахнулась Юлька.

— Ты не поняла. Я был фартовым!

— И хрен с тобой! Не с жиру на такое решаются люди! Одних налоговая инспекция, других рэкет достал за яйцы. Нынче вор — вторая профессия всякою человека. Заставили нас! Куда деваться? И твои соседи без того не дышат. Не рассказывай мне басни.

— Не знаю, как ты капаешь, но я не сбрехал.

— Живу как все. Выкручиваюсь как могу. Одно время было хоть в петлю лезь. Обносились, обнищали вконец. А выход где? Зарплата — копейки, да и ту задерживали. В интим — стара. Сын с лотков пирожки воровать стал. С голода! Вот тебе и жизнь. А ты пугать собрался. Чем? Да я такое пережила, самому черту не пожелаю даже с похмелья. Мужа хоронить было не на что.

— Я воровал в банках!

— И хорошо делал! Не мелочился. Не у людей крал. А у тех, кто нас всю жизнь обворовывал!

Макарыч ожидал другой реакции и теперь сидел сбитый с толку.

— В свое время мне бабка рассказывала, за пучок колосков, за несколько картошин, взятых с поля, на пятнадцать лет отправляли на Колыму! Теперь на полях ничего не растет. Хозяев нет. А люди, помня прошлое, нынешним властям не верят. Вот я — учительница! А спроси, сколько получаю? Вслух сказать стыдно!

— Юль! Жить всегда было трудно. И все же именно из-за своего прошлого я не обзавелся семьей, не имею детей. Не позволил фартовый закон и своя совесть. Если б не это, еще тогда женился б на тебе. Теперь годы ушли. Страшно менять привычное. И потерять тебя боюсь, — признался неожиданно.

— Опять куда-то собрался поехать?

— Да, в Тюмень! Хочу пенсию заработать, чтобы не скулить в старости.

— А сколько здоровья потеряешь? Потом на его восстановление больше уйдет.

— Не пугай! Я уже закаленный. На Крайнем Севере, в Заполярье выжил.

— Ну, а я как?

— Жди!

— Сколько ж там будешь?

— По контракту еду. Это последний раз. Потом на якорь сяду. На пенсию уйду.

— Так мне ждать тебя?

— А куда ты денешься? — усмехнулся хозяин.

— Да кто меня знает? Прижмет нужда, выйду замуж по объявлению в газете.

— И что в ней напишешь? Сракатая вдова, весом в полтонны, ищет себе мужика с данными породистого жеребца, с мешком денег при себе и за плечами, с квартирой при всех удобствах, одомашненного, без возрастных проблем, надежного во всех отношениях, общительного, веселого. О себе: пережила одного мужика, надеюсь еще десяток урыть!

— Гад ты, Ленька! Хоть когда-нибудь хоронил родного человека?

Макарычу вспомнилась бабка и веселость как рукой сняло:

— Наверно, я и впрямь неудачно пошутил. Прости меня, дурака. А на будущее, что могу сказать тебе?

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.