Седло для дракона стр. 122
полной программе. Вася, допустим, по жизни нормальный, спокойный чел, а Петя с залетом на все извилины. Начнет прикапываться к какой-нибудь компании. Драка. Вася как друг Пети оказывается втянутым – не бросать же приятеля. В драке погорячится, случайно вдвинет кому-нибудь лоб в затылок, и все – небо в клеточку. Сколько хороших ребят из-за этого сидит – сосчитать невозможно.
На этом месте тема иссякла, потому что, во-первых, Алим доел чебурек, а во-вторых, морпех Паша припомнил нечто важное.
– Ты это… – спросил он у Ула, – на боях-то будешь?.. Из наших Вова-борец придет, Тоня-шкаф… еще там парочка деятелей… Шаманщики психа какого-то выставят по прозвищу Две Смерти… Из форта Белдо – парочка боевых магов. Пнуйцы тоже будут. Они, конечно, тоже венды, но всегда от нас особняком держатся… Берсерки своих пришлют… Гамов, кстати, тоже обещал. А от шныров будет кто?
– А что за бои? – спросил Ул.
– Наши бои, вендские, – сказал Паша. – Раз в год проводим. Знаешь, где у ведьмарей «Гоморра» стоит? Вот возле нее, в парке. Встречаемся сегодня в одиннадцать вечера. Ведьмари хотели в двенадцать, но Тоня-шкаф сказала, что ей в двенадцать поздно.
Ул отвернулся. «Гоморру» он не любил. Слишком много дурных воспоминаний было с ней связано: мысль, что он навеки потерял Яру, атакующая закладка, столб взметнувшейся воды и сам он, вцепившийся в хрипящего пега и с ужасом глядящий на торчащий в его шее арбалетный болт.
Морпех Паша всего этого не знал и помрачневшее лицо Ула истолковал по-своему:
– Ты ведь не боишься, брат?
– Нет.
– И не на псиосе? – морпех пристально взглянул на Ула.
– Нет.
Паша, казалось, успокоился.
– Хотя псиос что? – сказал он, словно убеждая сам себя. – Псиосным тоже не запрещено… В прошлом году голову одному оторвали, так он еще минут десять кулаками размахивал… И что, не псиосный он после этого? Так что давай приходи! Только там ставка нужна, если драться будешь.
– Что за ставка?
– Ну закладка там какая-нибудь или нерпь. Что еще со шныра взять можно? Берсерки – те обычно деньги ставят.
– Много? – зачем-то спросил Ул.
– Смело можешь тачку строительную захватывать… Правда, если проиграешь…
– Дай-ка сам угадаю! – перебил Ул. – На этой тачке меня и увезут!
Паша ободряюще показал большой палец, хваля Ула за сообразительность.
– Ну давай, брат!.. Пора нам! Хотим до вечера колдунца одного подстеречь. Он на одного нашего проклятье наслал. Третью неделю с парнем фигня какая-то творится. В ванне лежит, ниче вроде себя чувствует, а вода
в ванне кипит… Ну скажи: это по понятиям?
Ул подтвердил, что не по понятиям. Морпех Паша довольно закивал. Он ценил единомыслие.
– Так, значит, что? Будешь на боях? – спросил он.
– Не обещаю, – сказал Ул. – Мне-то по барабаниусу, но у моей девушки пунктик: она не хочет остаться вдовой.
Паша кивнул. Причина, с его точки зрения, была уважительная.
– Ну дело твое! Я так думаю, что в этом году опять вендам повезет! Ведь в жизни оно как… жизнь она как учит?
– «Заклинание летит две секунды, сглаз – три секунды, а кулак – три удара в секунду», – сказал Ул.
Морпех разинул рот, упустив последний кусочек чебурека, который он только что отскреб от салфетки.
– Откуда знаешь? – изумился он. – Признавайся: подзеркалил?
– Ага, в смысле угу! – успокоил его