Секс. Учебник для школьников. Начальный уровень стр. 77
хотели выйти замуж, а мальчики — на кого бы они хотели стать похожими. Поэтому и мальчик, и девочка могут влюбиться в Михаэля Шумахера. Но по разным причинам.
САША: Сережа, а это правда, что для мальчиков секс важнее, чем любовь?
СЕРЕЖА: Да. Мальчики — существа, во-первых, очень практичные, а, вторых, без воображения. В этом их сила и их слабость одновременно.
Вполне конкретный и дающий понятные ощущения секс они предпочитают любви, которая, вдобавок, может оказаться неудачной. Но стараются совмещать: во-первых, две вещи лучше, чем одна, а, во-вторых, секс с любимым человеком гораздо приятнее. Говорю же: мы существа практичные.
САША: Какой ты неромантичный, Сережа, аж обидно прям. Но девочки, чтоб ты знал, ставят любовь выше секса из тех же практических соображений. Секс нужен для того, чтобы ребенок появился. А вот чтобы ребенок вырос, нужно, чтоб мужчина заботился, хорошо относился, таскал в пещеру мамонта — любил, одним словом.
СЕРЕЖА: Потому люди и спорят всю жизнь: что важнее — любовь или секс.
САША: А что важнее?
СЕРЕЖА: Мальчиков и девочек в мире поровну. Если их взять и перемешать, получится, что любовь и секс одинаково важны, с чем мы их обоих и поздравляем.
Глава первая, в которой рассказывается о том, что будет, если ты пихнешь соседку по парте линейкой в бок, а еще о том, что девочки на самом деле не совсем такие глупые, как кажетсяПривет. Меня зовут Сергей, и сейчас я расскажу тебе очень правдивую историю из тех древних времен, когда я учился в шестом классе. История не про секс, но ты не переживай — до него мы тоже дойдем. Итак…
Представь: это случилось так давно, что еще не было Человека-Паука, Космических Рейнджеров и мобильных телефонов с полифонией. Зато уже был Бэтмен, компьютеры с зелеными мониторами и девчонки.
До сих пор не могу разобраться, что из всего этого мне больше нравится.
С девочками я дружил, еще как! Особенно с Наташкой из третьего подъезда. Она была вратарем футбольной команды нашего дома, умела вылезать из форточки третьего этажа на яблоню, росшую возле дома, а в гонках на велосипеде вокруг квартала обгоняла всех, а меня так вообще на пять корпусов.
Мы дружили чуть ли не с младшей группы детского сада, и я считал, что это будет продолжаться вечно. Но, чем старше мы становились, тем реже Наташка гоняла со мной наперегонки на велике, из подъезда выходила через дверь, а в воротах перестала стоять совсем, чем расстраивала нашу команду до крайности.
Решив выяснить, что же произошло, я выбрал удобную минутку на перемене, подкрался к Наташке и игриво врезал ей пеналом по голове.
— Фролова, что случилось? — спросил я. — Гулять не выходишь, в воротах дырка. Ты вообще мне друг или кто?
— У меня свои дела, — ответила Наташка, гордо вскинув подбородок (ну, это я сейчас понимаю, а тогда мне просто казалось, что она задрала нос).
— Это какие же?
— Вам, мужчинам, не понять! — сказала она, села за свою парту и отвернулась.
А я так и остался стоять, как дурак, с пеналом в руках. До этого момента девчонки ни разу не обзывали меня мужчиной. И я понял: именно сейчас что-то в моей жизни меняется