Сектор мутантов стр. 114
интересует. Встаньте на колени и молите о пощаде майора Ходсона. Это последний шанс. Только он решает — казнить или миловать. Подумайте о своих детях.
Тино повернулся к командиру полка и бесстрастно сказал:
— Делайте с ними, что хотите. Сейчас тасконцы готовы лизать ботинки солдат.
Слова японца были недалеки от истины. Толпа корвилцев дружно опустилась на колени. Во взглядах слабая надежда и покорность. Раздался плач грудного ребёнка. Его мать потеряла сознание и выронила младенца из рук.
Расчет Аято оказался верен. Цивилизованные аланцы не готовы были чувствовать себя господами. Рабство для них — дикость и варварство. Убийство же беззащитных людей — и вовсе тяжкий грех, несовместимый с общепринятыми моральными нормами.
Ходсон находился в безвыходном положении. Перед ним, как перед палачом, склонили головы тысячи корвилцев. Отвратительное, пакостное чувство превосходства… Надо быть отъявленным, беспринципным мерзавцем, чтобы расстрелять несчастных оливийцев. Они и так потеряли сегодня немало родственников и друзей.
— Встаньте! — срывающимся голосом проговорил десантник. — Война закончена. Из-за вашего предводителя произошло трагическое недоразумение. Я сочувствую и скорблю по погибшим. Надеюсь, этот инцидент не помешает нам жить вместе. Скоро сюда прибудут колонисты. Мы ни в коем случае не станем ущемлять интересы местных жителей. Наоборот, в Корвиле воцарится мир и порядок. Всем раненым врачи окажут квалифицированную помощь. Теперь вы граждане Алана.
К
офицеру приблизился его заместитель и что-то шепнул. Лицо Ходсона сразу помрачнело. Закусив нижнюю губу, майор с горечью добавил:
— К сожалению, в нашей армии есть отряд наемников-землян. Согласно договору, воины получают в качестве добычи женщин-невольниц. Мне очень жаль, но вернуть девушек в семьи мы не можем. Они — собственность солдат. Тем не менее, не стоит беспокоиться об их судьбе. Тасконкам ничего не угрожает. Если наемник погибнет в бою, рабыня тотчас вернется домой…
Командир полка растерянно развел руками и направился к бронетранспортерам. Пехотинцы тотчас сняли оцепление. Корвилцы неожиданно для себя получили полную свободу. Люди медленно поднимались с колен, с трудом понимая, что происходит.
Весь оставшийся день хоронили погибших. В песке на западной окраине оазиса десантники и корвилцы вырыли гигантскую могилу. Перенос мертвых тел затянулся до захода Сириуса. Лишь вместе с последними лучами звезды все убитые обрели вечный покой.
Второй задачей солдат являлось приведение в порядок домов. Многие строения напоминали решето и в любой момент могли обвалиться. Их либо ремонтировали, либо разбирали до основания. Скоро вездеходы доставят сюда строительные материалы, и Корвил приобретет совсем иной вид.
Не забывали пехотинцы и о безопасности. По периметру населенного пункта выросли четыре пулеметные вышки. Десятки дозоров заняли места на высоких барханах. Учитывая ужасающую жару, солдаты проводили смену постов каждые тридцать минут.
Ровно в двадцать один час Ходсон доложил на базу об удачном завершении операции. Естественно, о своих мыслях и эмоциях майор умолчал. Ни словом офицер не обмолвился и об освобожденных пленниках. Время детального отчета еще не пришло. Узнав о незначительных потерях, начальник штаба корпуса призвал командира полка не останавливаться на достигнутом и двигаться к следующему оазису. На карте он был обозначен, как Велон. Уставший, измотанный морально и физически Ходсон назначил совещание на утро.
Земляне спали в саду, под деревьями, завернувшись в походные одеяла. Группа Канна захватила несколько домиков на юге поселения и шумно развлекалась до полуночи. Вмешиваться и