Библиотека

ШЕЛЕСТ ГРАНАТЫ стр. 143

Размер шрифта
-
+
Тема

о ваших трениях с директором, но имейте в виду, это были его, а не мои обещания». Ответ к тому времени был уже обдуман: «Ну что же, это одна из возможных позиций. Мне давала обещания дирекция ЦНИИХМ и если новая дирекция будет считать их утратившими силу, то и от меня ей чего-то ожидать – наивно. Оформление договоров с инозаказчиком не входит в утвержденный перечень функциональных обязанностей начальника лаборатории, вот и будем придерживаться официальных документов».

Дальнейшее показало, что Оруженосец порученное ему задание выполнил, потому что козырнуть упоминанием об оплате услуг бабы не удалось: опередили назиданием, что нельзя ставить дирекции в вину волокиту чиновников. Пришлось информировать об имеющихся документах. Дальнейший обмен мнениями припоминается смутно, да и завершить его не получилось, потому что прозвучало: «Александр Борисович, не злоупотребляете ли вы нецензурными выражениями, ведь вы же доктор наук!» Перевод не состоялся.

Последующие несколько месяцев противник выжидал. Наконец, последовало нечто напоминающее то, что в севастопольском эпосе известно как «атака легкой бригады под Балаклавой». За всю «легкую бригаду» сдюжил, конечно же, закаленный в незримых сражениях богатырь. Встретив меня в лифте, он, лучезарно улыбаясь, протянул руку. Я не отказал себе в удовольствии спрятать свои за спину. Сияние чуть померкло, но слова продолжали звенеть фанфарами:

– Александр Борисович, директор дал указание готовить включение вашей тематики в указ президента…

– Вот и готовьте, если такое указание дано.

Последовало предложение пройти в кабинет. Там тон стал скорее вкрадчивым, чем торжественным:

– Александр Борисович, пришел отказ ГРАУ на работы ЦНИИХМ с иностранными заказчиками. Директор поручил мне узнать: это – ваша позиция?

– Александр Михайлович, моя фамилия – Прищепенко, а не Караулов (генерал-полковник Н. Караулов – в то время начальник ГРАУ), пожалуйста, будьте предельно внимательны при чтении важных документов.

– Александр Борисович, ведь я ничего не знал о том, что вы отправляете доклад на «Евроэм»…» (Угрожающий намек на то, что рапорт о якобы несанкционированном представлении доклада может быть направлен, куда следует).

– Боже, какая трагедия… А подписи свои на документиках – в бреду, что ли, ставили?

– На каких документах? Принесите, посмотрим…

– Ксерокопии – пожалуйста, у меня в столе…

Не в ксерокопиях нуждался блюдущий чистоту рук и поддерживающий неизменно высокую температуру сердца, а в оригиналах, которые он в свое время опрометчиво подписал, позабыв о таком необходимом в его профессии теплоотборе от головы. Потом приходилось замечать, что домашний телефон прослушивается, фиксировал я и наружное наблюдение, но эти, хоть и опасные, игры оставляли ощущение фарса…

…Сути науки претит косность, она восславляет провозвестников, продравшимся к новым идеям через тернии. Она

же незлобивой шуткой, острым словцом дает оценки плохо ориентирующимся, полагающим, что открыли нечто новое, хотя оное не только известно, но и внедрено с десяток лет ранее. Вот, к примеру – пошедший по пути Затычкина «вице- канцлер Букингемского университета Терепс Кили в книге «Секс, наука и прибыли» предлагает взглянуть на науку и ученых новыми глазами, пишет британская газета, The Guardian (2008 г.). Лейтмотивом книги является утверждение, что наука – это не общественное благо, которое надо финансировать из государственной казны. По мнению Кили, ученые рекламируют свою потенцию, применяя интеллект в лаборатории и рассказывая всему миру о своей работе через научные журналы. Не стоит беспокоиться, что

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.