Семейная тайна стр. 138
дома, но из-за каких-то неполадок с подачей воды они мало что могли сделать. Над вязами лениво поднимался густой черный столб дыма.
Патрульный полицейский разговаривал с ней вежливо. Он объяснил, в чем дело, и сказал, что дальше ехать нельзя. Мисс Рейнберд, с трудом подавив волнение – она была сильно потрясена случившимся, – как бы со стороны услышала собственный голос:
– Меня вы обязаны пропустить. Эдвард Шубридж – мой племянник.
Полицейский заколебался.
– Минуточку, мэм, я спрошу у главного. Он вернулся к своей машине и стал докладывать по рации. Через несколько минут мисс Рейнберд подъезжала к дому. Она уже окончательно взяла себя в руки. К
Эдварду Шубриджу и его жене она не испытывала особой жалости. Но зато ей было совершенно ясно, что она должна предпринять – хотя бы во имя Гарриет.
Глава 12
Вот уже три года мисс Рейнберд была так счастлива, как никогда прежде. После ужасной гибели Шубриджей она без колебаний определила, в чем отныне состоит ее долг, и взяла Мартина Шубриджа в свой дом, официально признав его. Ведь он был ее внучатый племянник, единственный продолжатель мужской линии рода Рейнбердов.
Поначалу он немного робел и дичился, и временами с ним бывало нелегко найти общий язык. Но постепенно она сумела завоевать его доверие, да и сама до такой степени к нему привязалась, что скоро уже души не чаяла в нем. И, к ее величайшей радости, он мало-помалу начал оттаивать, откликаться на ее любовь, и между ними установились ровные, прекрасные отношения, которые на закате жизни согревали ее и давали ощущения счастья. Она уже и думать забыла, что взяла его к себе исключительно из чувства долга. Он стал неотъемлемой частью ее жизни, забота о его будущем стала ее главной заботой. Общение с ним, его присутствие подарило ей то, чего ей всю жизнь не хватало, и к чему она – может быть, неосознанно – стремилась. Она признавала, что у него есть свои недостатки – а у какого мальчика их нет? (Впрочем, он уже не мальчик, а вполне сложившийся восемнадцатилетний молодой человек.) Но и с этим она была готова смириться. Ей пришлось рассчитать одну-двух горничных, поскольку они, по ее твердому убеждению, несли главную ответственность: сами сбивали его с пути истинного. Ну, да не беда, это только естественно, когда молодой человек интересуется женщинами. В округе он пользовался большой популярностью, от приглашений к соседям не было отбоя. В один прекрасный день – она молила Бога, чтоб он позволил ей дожить до этого – он полюбит девушку из хорошей семьи и введет ее в Рид-Корт как свою жену. И если Господь продлит ей годы, то она, быть может, успеет увидеть и его детей. В конце концов, ей нет еще восьмидесяти, и на здоровье она пока не жалуется. Правда, бывают периоды, когда она плохо спит: ее тревожат какие-то тяжелые сны, которые ускользают из памяти, стоит только открыть глаза. И еще мигрень – временами просто спасенья нет.
Она стояла у окна спальни и смотрела в сад. Был роскошный июньский вечер – длинные тени деревьев на траве, хлопанье крыльев над прудом, золотистый ковер цветов калужницы на дальнем лугу. Красота вечера словно вторила чувству безмятежного счастья,