Семья на заказ стр. 54
– Я посмотрю, пострадали ли замки.
– Скорее всего, нет. Вряд ли он опытный взломщик. Но он мог просто скопировать ее ключи – например, когда у них испортились отношения, на всякий случай. Заявился в ее отсутствие, только и всего. Очень вероятно, что это произошло в отсутствие соседки. С него сталось бы немного понаблюдать за домом. Потом войти – и дождаться ее. Он захватил с собой все, что хотел пустить в ход: ленту, веревку. Никаких импульсивных действий, никакого приступа безумия.
Она открыла свой полевой набор и достала герметик.
– Ты бы не смогла этого предотвратить.
– Предотвратить преступление можно всегда. Свернуть налево, а не направо,
пойти вперед, а не назад, сделать что-то на десять минут раньше или позже. Это я его не остановила. Я не разглядела, на что он способен. Не увидела этого расчета, этой его потребности. Он заставил ее мучиться.
Она вернула ему тюбик и скрылась с набором в руках за занавеской. Там она склонилась над кроватью с идентификатором.
– Пострадавшая идентифицирована как Лори Нуссио, проживающая по этому адресу, двадцати трех лет от роду. Числится как шатенка. Видимо, перекрасилась, данные еще не скорректированы. – Она склонилась ниже. – Немного запекшейся крови. – Она осторожно повернула голову мертвой. – Удар был нанесен по затылку. Он подкараулил ее и нанес удар сзади, сбил с ног. Она упала без чувств. Он воспользовался этим, чтобы связать ее и заклеить ей рот. Грязный трус!
Она подняла и понюхала разбитую капсулу.
– Этим он привел ее в чувство. – Она опустила капсулу в поднесенный Рорком пакет для вещественных доказательств. – Загляни в ее сумочку, проверь, взял ли он кошелек, ключи, коммуникатор.
Рорк молча поднял сумочку с пола.
– Он связал ее очень туго, – продолжила Ева, – веревка врезалась в тело. – Он сделал это намеренно, чтобы причинить ей боль и напугать.
– Кошелька нет, – доложил Рорк. – Коммуникатора, ноута, компьютера – тоже. А ключ на месте.
– Он забрал все ее деньги и электронику. Лодыжки туго стянуты, заметные следы побоев на бедрах отсутствуют. Не думаю, что он ее насиловал: либо не собирался, либо у него не было эрекции. Нет, просто не собирался, – добавила она, – пытаясь думать как убийца. – Если бы у него были такие мысли, то он изнасиловал бы ее при помощи какого-нибудь подручного средства. Нет, это не пришло ему в голову. То ли он не очень сексуален, то ли не видит в изнасиловании или сексе орудия власти. Пока еще не видит.
– Зачем тогда было ее раздевать?
– Чтобы унизить и напугать. Сделать совершенно беспомощной. С той же целью он откромсал ей волосы. Он ее расчеловечивал.
Превращал в ничто, мысленно продолжила она. Ей был знаком этот человеческий тип, склонный превращать другого в пустое место. Таким был ее родной отец.
– Он много раз сильно ее бил – по лицу, в живот. Это что-то более личное, чем в случае с родителями. Или в этот раз у него было больше времени и пространства. Может, он экспериментировал?
– Она вернулась из похода по магазинам. Он испакостил ее покупки.
Прибор показал ей время совершения убийства.
– Девятнадцать пятьдесят пять. Он провозился с ней больше часа. Рискованно, зато сколько удовольствия! Небольшой порез на горле. Вероятно, у него был нож. Он угрожал ей, запугивал,