Библиотека

Семья Зитаров. Том 2 стр. 3

Размер шрифта
-
+
Тема

люди живут вместе несколько недель и среди них находится такой неумолчный говорун, как Блукис, то на скуку жаловаться не приходится. День-два еще проходят сравнительно тихо, пока едущие привыкают к обстановке, знакомятся друг с другом. Затем уже складываются группы. Молодежь находит товарищей среди молодых, старики — среди пожилых, «тонкие натуры» постепенно тоже организуют особый кружок. У каждой группы свои интересы, в ней достигнуто взаимопонимание, и она держится обособленно от других.

У каждого свой угол в этом доме на колесах, но человек не в состоянии пролежать всю дорогу. Днем нужно немного размяться, спуститься с нар, проведать соседей, принять гостей в своем уголке.

Янка на каждой станции выскакивал из вагона и спешил осмотреть все достопримечательности. Нередко он уходил слишком далеко и не успевал на ходу поезда вскочить в свой вагон; ему случалось часто ехать в чужих вагонах или на тормозной площадке, к великому волнению матери, считавшей его уже отставшим.

Сармите днем часто взбиралась на верхние нары к Эльзе и часами любовалась проносившимися мимо поезда видами. На узловых станциях, где менялись бригады и поезд стоял долго, молодежь выходила погулять на перрон и по базару. Иногда к ним присоединялся и Блукис, этот молодящийся мужчина, которому льстило, что его называют молодым человеком, Он ехал по этой дороге не впервые и был осведомлен решительно обо всем: он знал, что здесь было раньше и что замечательного встретится в пути. Любезный человек, пожалуй, даже излишне любезный, в особенности по отношению к Сармите. В вагоне он часто усаживался на какой-нибудь чурбан или на край нар, поближе к углу Валтеров, и старался втянуть Сармите в разговор. Всезнающий, он сомневался, стоит ли двум одиноким женщинам ехать во Владивосток. Что они будут делать в незнакомом городе? Иркутск, например, — дело другое, да если еще там будет состоятельный земляк, которому для разных торговых дел понадобятся свои люди.

— Я это просто так, между прочим, дело ваше…

Назойливая любезность Блукиса уже с первого дня не понравилась Карлу Зитару, в нем сразу проснулось недоверие и враждебность к спекулянту. Он старался скрыть эти чувства, чтобы не показаться смешным в глазах Эльзы, которая не упустила бы случая поиздеваться над его ревностью. Но когда Блукис и на станциях ни на минуту не оставлял его вдвоем с Сармите, Карл не выдержал и вежливо, но решительно заявил любезному земляку, что они в няньке не нуждаются.

— Господин Блукис, я знаю русский язык не хуже вас и надеюсь обойтись без переводчика.

Это случилось в Ярославле. Блукис обозлился и высказал слишком, пожалуй, резкое для добрососедских отношений

суждение:

— Ну конечно, я в этом нисколько не сомневаюсь. Как же может не знать по-русски офицер русской армии! Иначе бы он не осмелился дезертировать с военной службы на чужбину.

— Дезертировал я с военной службы или еду с разрешения военных властей, отчитываться перед вами не собираюсь, — обрезал Карл.

— Военному коменданту Ярославля вы бы таким тоном не отвечали, — продолжал Блукис.

— Нет, ему я предъявил бы документы. А вот вы, мне думается, не показали бы ему содержимое ваших чемоданов.

Это было сказано наугад, ведь никто не знал, что везет Блукис в своих чемоданах, но слова Карла попали в цель. Блукис больше не произнес

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.