Сердце - это такая штука стр. 7
- В такую погоду у Аждара всегда приступы, - неожиданно сказал Теймур.
- Какие приступы?
- А ты не знаешь? Он ведь больной очень... Астма у него. Дурацкая болезнь - чуть похолодает, он уже и дышать не может. В такую погоду на базаре его не ищи, в ресторане отсиживается. Подвальчик есть недалеко от моря...
- Думаешь, и теперь там?!
- Может... Кто его знает... Только смотри, меня не поминай!
Сарвар ни о чем больше не спросил. Бросил Теймура и прямиком - в тот самый подвал; там, в темном уголке, он и нашел Аждара.
- Ага! Так, значит, ты в Тбилиси уехал?! Ну и аферист! Ну и подлец!
- Садись, сын Кошачьего Старшины! Не трепыхайся!
- Я с тобой... сидеть не собираюсь! Идем! Ты мне мои мешки отдашь!
Аждар потянул Сарвара за рукав.
- Садись!.. Нету твоих мешков. Продал я. Теперь вот... - Он показал на стоявшую перед ним полупустую бутылку.
- Давай деньги, ворюга! - Сарвар замахнулся на Аждара кулаком.
Тот спокойно отвел его руку.
- Драться хочешь? Потом, когда выйдем!.. Сиди, сын Кошачьего Старшины!
- И отца, значит, задеваешь?
- Да я, если хочешь знать, этому Кошачьему Старшине задницу готов вылизать за то, что сына такого вырастил!
Он налил Сарвару водки. Подозвал официанта, велел принести еще закуски. Но Сарвар пить не стал, к еде тоже не притронулся.
- Зря я тебя тогда не выдал, - сказал он Аждару. - Может, и не стал бы таким подлецом!..
Аждар нисколько не обиделся. Рассмеялся, Потом вдруг спросил:
- А с чего это ты в Ленинград надумал? Девушка знакомая или с товаром?
- Это тебя не касается! Ты деньги мои давай!
Аждар помолчал немножко. Потом достал из кармана горсть миндаля, из другого - три грецких ореха, положил на стол и исподлобья глянул на Сарвара.
- Узнаёшь?
- Узнаю! Из глотки у тебя все вытащу!
- Ладно, потом вытащишь! Пока пей давай!
- Не хочу!
- Ну, тогда ешь. - Аждар взял со стола орех. - С дерева тетки Шовкат? Сарвар кивнул. - А миндаль взял у тетки Гюльгоз. С того дерева, что за нашим забором, где вербы кончаются. Там еще инжировое дерево было. И алыча возле хлева, у стены... Она и осенью зацветала... Стоит алыча-то?
- Стоит, куда ей деваться!.. Не дури ты мне голову, Аждар. Отдай деньги!..
- И верба стоит?
- Стоит, чего ей сделается...
- Я под той вербой с Соной целовался...
Аждар умолк, потом вдруг засопел тяжко, словно кузнечные мехи... Из груди его вырвался хрип, и сквозь страшный этот хрип Сарвар разобрал:
- Скажи той вербе: умирает Аждар!
И вдруг заметил, что глаза у Аждара полны слез, что он плачет; слезы капают одна за другой, текут ему на пиджак... Сарвару стало жаль Аждара, захотелось утешить, сказать что-то доброе, хорошее, но он не сумел ничего такого сказать; схватил стоявшую перед ним стопку и опрокинул в рот.
- Сегодня какое число? - -спросил Аждар.
- Тринадцатое.
- Тринадцатое... Счастливый у меня сегодня день.
- Пойдем, - сказал Сарвар. - Закрывают уже.
Они поднялись после того, как погасили огонь. Стало холодно, лужи