Сердце вьюги стр. 10
этот момент, видимо от сильной боли, эльф наконец-то пришел в себя:
– Erglau zay? Eiste er mee styhe, humene? – требовательно спросил он, впиваясь взглядом в ее глаза. Ольга профессионально отметила, что зрачки расширены – видимо, от сильной боли,– и самым успокаивающим, тихим голосом ответила:
– Тише, тише. Не бойся, я помогу. Нам только до дому добраться надо… Ты идти сможешь?
– S’sau esty mee stihen, or elmess des beoyien. Es mee dajang krau. Tee, ger mee vesst.– Выдав эту загадочную фразу, эльфенок попытался выпрямиться и протянул руку к своему мечу.
– Что? Меч не хочешь оставлять? – правильно расшифровала его реакцию девушка и, подняв меч, на этот раз вовсе не казавшийся таким холодным, протянула его владельцу.– Только как ты его потащишь? И сам-то едва стоишь, а тут еще эта железяка…
Эльф с сильным изумлением взглянул на нее, потом на свое оружие в ее руках, после чего осторожно взял меч здоровой рукой. Неуловимое движение – и оружие исчезло, рассыпавшись снежной круговертью.
– Рау.– Эльф приложил руку к груди и требовательно взглянул на нее.
– Ольга.– Она повторила его жест, после чего кивнула в сторону своего дома: – Ну что, пойдем?
Эльф с трудом поклонился и тихо прошептал:
– El est tee garve, Olha,– после чего медленно заковылял в указанном направлении. А над лесом свирепствовала вьюга, заметая оставшиеся на поляне тела и следы вначале тонким, но все увеличивающимся слоем снега.
* * *Вот на что Рау уж никак не рассчитывал – так это на то, что в его бой с Псами вмешаются жители этого мира. И кто!!! Человеческая женщина! Однако надо отдать ей должное. При помощи неведомой магии ей удалось вначале ослепить сражающихся, а потом и вовсе оглушить последнего Пса. По всей видимости, она не рассчитывала на характерную для Псов устойчивость к магии и, будучи уверена в смертельности своего удара, неосторожно повернулась спиной к недобитому врагу. Впрочем, быстрое вмешательство Рау не позволило этой ошибке стать роковой. Однако добивание врага исчерпало последние силы молодого альфара, и он потерял сознание.
Пришел в себя он только спустя несколько минут от боли в потревоженных ранах. Девушка – а разглядев ее поближе, он уже не сомневался, что это представительница расы людей, и к тому же весьма молодая,– успела уже перебинтовать кровоточащие раны, причем его же собственной рубахой, и сейчас пыталась тянуть за собой, что-то бормоча.
– Кто ты? Почему ты помогла мне, человек? – обратился к ней Рау.
Увы. Ответ, как и ожидалось, был совершенно непонятен. Впрочем, судя
по интонации, приглушенному голосу и тому, как усиленно она пыталась указать ему на необходимость немедленно куда-то идти, оставаться на этой поляне было небезопасно.
Сообразив это, Рау попытался объяснить, что не может оставить свой меч. Вьюжный был слишком ценным оружием, издавна принадлежащим императорской семье, и он просто не мог бросить его на безвестной поляне. Девушка, на удивление, сразу поняла его проблему, но, вместо того чтобы подвести его к мечу, просто взяла магическое оружие, как какую-нибудь простую железяку, и подала его альфару. На какой-то миг Рау опешил. Ей что, не преподавали самых элементарных правил обращения с магическими артефактами?
В его родном мире