Серебрянные потоки стр. 327
свернул к краю, чтобы рассмотреть его, но он был поражен не меньше друзей дварфа, когда Бруенор с горящими плечом и спиной, спрыгнул с края и устремился к нему.
Невероятно сильный, словно все призраки Клана Баттлхаммер сомкнули свои руки на рукояти орудия и передали ему свою силу, первоначальный удар дварфа глубоко вогнал митриловый топор в спину Шиммерглума. Бруенор упал следом за ним, но смог удержаться за торчащее оружие, однако бочонок с маслом раскололся на части от удара и изрыгнул огонь на всю спину монстра.
Шиммерглум яростно вскрикнул и метнулся в сторону, врезавшись в каменную стену ущелья.
Бруенор удержался. Неистово он ухватился
за рукоятку, выжидая подходящего момента, чтобы высвободить оружие и вновь погрузить его.
Кэтти-бри и Регис бросились к краю ущелья, беспомощно взывая к своему обреченному другу. Вулфгар также попытался добраться, все еще сражаясь с черными глубинами отчаяния.
Когда варвар взглянул на Бруенора, сидевшего посреди огней, он с криком прогнал заклинание дракона, и без малейших колебаний метнул Эйджис-фанг. Молот ударил Шиммерглума в голову и дракон вновь метнулся в сторону, ударившись о другую сторону ущелья.
"Ты сошел с ума?” – крикнула Кэтти-бри на Вулфгара.
"Поднимай свой лук”, – сказал ей Вулфгар. “Если ты настоящий друг Бруенора, то не позволишь, чтобы его смерть оказалась напрасной!” Эйджис-фанг вернулся в его руку и он вновь метнул его.
Кэтти-бри смирилась с реальностью. Она не могла спасти Бруенора от судьбы, которую он себе избрал. Вулфгар был прав – она могла помочь дварфу обрести его желанный конец. Смахнув слезы, выступившие на ее щеках, она подняла Таулмарил и послала серебряную стрелу в дракона.
Оба, Дриззт и Энтрери, пораженно смотрели за прыжком Бруенора. Проклиная свою беспомощность, он поднялся вперед, оказавшись рядом с краем. Он крикнул своим оставшимся друзьям, но и-за суматохи и криков дракона они не слышали его.
Энтрери был прямо под ним. Убийца знал, что это был его последний шанс, однако он рисковал потерять единственный вызов, который был ему брошен за всю его жизнь. Когда Дриззт ухватился за следующий выступ, Энтрери схватил его лодыжку и дернул вниз.
Масло протекло сквозь промежукти между чешуйками Шиммерглума, неся с соббой огонь к плоти дракона. Дракон вскричал от боли, которую он думал, что не познает никогда.
Удары боевого молота! Непрекращающийся свист жалящих серебряных стрел! И дварф! Безжалостный в своей атаке, каким-то образом выносящий огонь.
Шиммерглум метался по всей длине ущелья, внезапно ныряя, взмывая вверх и мечась во все стороны. Стрелы Кэтти-бри находили его на каждом шагу. И Вулфгар, мудрея с каждым ударом, выискивал лучшую возможность для того, чтобы метнуть свой молот, поджидая когда дракон окажется на фоне каменной стены, и затем со всей своей силы вминал монстра в камень.
Огонь, камень и пыль взмывали в воздух с каждым оглушительным ударом.
Бруенор держался.Взывая к своему отцу и остальным предкам, дварф освобождал себя от своего чувства вины, довольный тем, что удовлетворил призраков своего прошлого и дал своим друзьям шанс на выживание. Он не чувствовал ни жара огня, ни удары камня. Все что он чувствовал это лишь дрожь драконьей плоти под его лезвием и отчаянные раскаты криков Шиммерглума.
Дриззт падал вниз ущелья, отчаянно пытаясь найти какую-нибудь опору. Он