Серебряные трубы стр. 7
— думу думает о своем житье-бытье, а навстречу, по проселку, ать-два, ать-два, — быстрым шагом сам фельдмаршал.
Не растерялся солдат. Снял шапку и поклонился, да не выдержал и по-военному крикнул: «Здравия желаю!»
Фельдмаршал от неожиданности вздрогнул, стал против солдата, строго так поглядел ему в глаза и спросил:
— Как зовут, служивый?
— Федот! — ответил браво старик и приставил ногу к ноге, как в уставе положено.
В один миг их окружили ребятишки, а следом за ними стали подходить и взрослые.
— Федот? — воскликнул удивленно фельдмаршал. — Да ведь мы с тобой знакомы?
— Так точно! Отставной солдат фанагорийского гренадерского полка, Федот!
— Федот, да не тот! — с грустной улыбкой повторил Суворов, разглядывая старого солдата. — Тот молодой был, бравый! Да и я уже не тот, служивый! Говорят, на печку пора, старые кости греть. Федот, да не тот, сказывают. — И вдруг звонким голосом закричал: — Да мы еще с тобой, Федот, повоюем! Повоюем?
— Так точно, отец наш, повоюем!
— А службу помнишь?
— Как можно забыть! — громко сказал солдат и расстегнул зипун. На широкой солдатской груди висела серебряная медаль «За штурм Измаила».
— Молодец! Молодец! — похвалил Суворов и, стукнув о землю тростью, передал ее старому воину.
— Ну-ка, покажи, как колол турок под Измаилом! — Отскочив в сторону, он крикнул — Ступай, ступай! Атакуй в штыки! Ура! Коли один раз, бросай басурмана со штыка! Коли другого, коли третьего; богатырь заколет полдюжины, а я видел и больше!
И старый солдат выполнил всё отлично.
— Стой, фронт! — подал команду Суворов.
Солдат замер.
Тогда фельдмаршал шагнул к нему, стал грудь в грудь и засмеялся:
— Федот-то тот! Узнаю! Тот самый Федот! С ним Измаил вместе брали! — Обнял он старого солдата и трижды его расцеловал.
Было тихо. Никто не прерывал рассказчика. Всем казалось: вот войдет сейчас старый полководец, подсядет к солдатам, возьмет у них ложку, испробует кашу, похвалит се и сам расскажет о чудо-богатырях, что прошли с ним много дорог нехоженых-неезженых, неся славу родного оружия по горам и долам Европы.
— Хороша история, спасибо, — поблагодарил солдат.
— Хороша! — одобрили другие.
— Будет и на нашей улице праздник — бодро произнес молодой сержант. — Дойдем до Берлина!
Таинственный старикВ 1946 году я вернулся на работу в Военно-исторический музей и снова занялся любимым делом.
Однажды возвратившись из командировки, я узнал от сослуживцев, что на днях меня разыскивал какой-то мужчина. Он оставил сверток, просил передать его мне, а сам ушел.
В свертке оказалась часть боевого знамени Семеновского полка суворовских дней — большой полуистлевший квадрат шелка голубого цвета с синим крестом. От времени шелк посекся, но рисунок на нем сохранялся хорошо.
Приход незнакомца и его подарок взволновали меня.
Снова, как много лет назад, я думал о том, как отыскать шпагу Суворова. Я полагал, что владелец суворовского знамени мог иметь «ключ» к разгадке тайны. Я рассуждал так: «Если он хранил до наших дней полковое суворовское знамя, — значит, у него была связь с Семеновским полком.
Если он принес мне знамя, — значит, у него могут оказаться и другие вещи, связанные с именем Суворова».
Дома я продолжал думать о незнакомце и с нетерпением ждал утра, чтобы вновь спросить своих сослуживцев о человеке, оставившем лоскут знамени.
Мне удалось установить: приходил старик с большой черной с