Серый и соседка стр. 122
с себя эту дрянь… А одежду лучше выбросить, решил Алексей, вряд ли он когда-нибудь снова это наденет.
Ужинали в молчании. Алексей был уверен, что ему кусок в горло не полезет, однако быстро понял, что серьезно ошибался.
– После такого всегда жор нападает, – сказала Лариса, положив ему добавки. – И нет, Серый, тебя не разнесет даже при сидячей работе. Объяснить, почему?
– Я, кажется, догадываюсь.
– Ну тогда ешь и не гляди на меня своим фирменным взглядом! Кого другого пугай.
Он хотел спросить кое о чем, но решил подождать. Кошки под руку не лезли, сидели на подоконнике и смотрели за окно. Алексей, кстати, даже не понял, когда они успели вернуться. И что именно делали на улице в такой холод…
Так же молча перемыли посуду, потом поспорили, чья теперь очередь занимать ванную (Алексею все мерещился запах крови, а Лариса хотела совершить какую-то там дамскую процедуру – то ли косметику смыть, то ли кремом намазаться), но наконец утихомирились.
– Спрашивай, Серый, – сказала Лариса, угнездившись на своем необъятном диване. – Я вижу, тебя просто распирает.
Алексей помолчал.
– Ты кто, Ларис? – спросил он наконец. – И кто я теперь?
– А ты не понял разве? – ответила она вопросом на вопрос. – И нет, Серый, не спрашивай, откуда такие берутся. Я не знаю. Я такой родилась.
– А я…
– Я же сказала, хочу, чтобы ты был моим, – без тени улыбки ответила Лариса. – Только, Серый, была и в тебе склонность, уж не знаю, в чем именно – в характере или в самой сути твоей, но была. Иначе луна бы тебя не позвала. А ты бы за ней не пошел.
– А еще ты меня искусала… – пробормотал он.
– Через укус это не передается, – по-прежнему серьезно сказала девушка. – Припомни, когда ты начал меняться. Тогда я тебя еще не и пальцем не тронула!
– Ах вон оно что, – выговорил Алексей, – вот, значит, в чем было дело…
– Ты о чем?
– О матери. Помнишь, она испугалась? Я подумал, это она об отце, но, выходит…
– Вряд ли о нем, – Лариса погладила его по плечу. – Это другое. Недаром она так боится ложиться с краю, помнишь, медсестра сказала? И луны боится.
– Помню, – ответил Алексей. – И ты всегда отпихивала меня к стенке, пока мы… ну…
– Не переспали, – невозмутимо произнесла девушка. – Тебе было рано. Не из-за меня, просто – рано.
– Мог прийти серенький волчок? – попытался он пошутить, но по спине продрало ознобом.
– Да, – серьезно ответила Лариса. – Мог. Помнишь, я сказала тебе не шутить о том, чего ты не знаешь? Ну вот…
Алексей помолчал. Вообще-то, ему очень хотелось добровольно сдаться
бригаде скорой психиатрической помощи, но что-то подсказывало – они не поверят.
– И что бы он сделал? – спросил Алексей почему-то шепотом.
– Вспомни мать, – был ответ. – Серый, это очень просто сделать в детстве или в ранней юности. Это как сон или игра… Взрослые так не могут, им нужно долго привыкать, как тебе, к примеру. И хорошо еще, если они вовремя поймут, что с ними творится, либо им кто-то подскажет, вот как я, – без ложной скромности дополнила Лариса. – А то ведь многие ведь по врачам идут или пить начинают, лишь бы ничего не видеть и не помнить…
– Понятно, – коротко сказал Алексей.
– А иногда