Серый и соседка стр. 127
– Серый, не толкайся, я упаду, – сонно сказала Лариса ему в ухо, и Алексей замер.
– А почему мы здесь? – шепотом спросил он.
– А где нам быть? – недоуменно ответила она, приоткрыв один глаз.
– Ты же меня разбудила и потащила ко мне домой. И там опять тот запах стоял… – Алексей помощился.
– Лёш, ты как с вечера отключился, так и сопишь себе, – серьезно сказала Лариса. – Тебе приснилось, наверно. Ты говорил во сне, но с тобой такое часто бывает, я не прислушивалась. Неприятное что-то увидел?
– Наоборот… – сказал он. – Только страшно было, когда двери открылись. Я, помню, боялся, что там окажется глухая стена…
– А что увидел? – любопытно спросила девушка, заглянув ему в лицо.
– Лес, – ответил Алексей. – Весенний лес, уже подснежники показались. И… ну ладно, это неважно. А еще тот мерзкий запах выдуло ветром, сразу, вот это я хорошо помню.
– Вот и отлично, – Лариса зевнула и снова прижалась к нему.
– А ты что видела? – спросил он после паузы.
– Калитку. У бабушки на участке была задняя калитка, она выходила на пожарный пруд. Мы его так и называли – Прудка… – она вздохнула. – Курице по колено, но какая-никакая вода. По весне там шашлыки жарили в лесочке, летом купались… плескались, вернее, он высыхал здорово. Одну меня туда не пускали, потому что и в луже захлебнуться можно, а еще там крапива росла с тебя высотой… А тогда я увидела, что задвижка не закрыта и калитка приотворена. Пошла туда… и вышла.
– Значит, у тебя была крапива. А у меня – стена. Только запах-то этот причем?
– Не знаю. Я тоже чуяла запах, – Лариса повернулась поудобнее. – Только не такой, как у тебя. Больничный. Ну, ты представляешь – дезинфекция, лекарства… А там, за калиткой его не было. Пахло, как обычно летом – вода стоячая, цветы всякие, скошенная трава…
Алексей помолчал. Потом предположил неуклюже:
– Может, это… ну… как выход из клетки? У тебя была болезнь, у меня тоже, только…
Он осекся.
– Ну, говори, – потормошила его девушка. – Что ты там надумал?
– Ты сказала, что болела непонятно, чем. И, наверно, всю оставшуюся жизнь провела бы в больнице или дома, но с этими вот… лекарствами. И умерла бы в больнице, – медленно выговорил Алексей. – А я должен был умереть в своей конуре. Я один на свете, хватиться меня некому. И труп нашли бы только по этому вот запаху. Когда соседям стало бы невмоготу…
– Похоже на то, – сказала Лариса после паузы. – Я никогда толком над этим не задумывалась. Почему калитка, почему этот твой несуществующий шкаф? Почему не входная дверь, наконец?
– Может, потому что она входная, а нужен выход? – попытался он пошутить.
– Может быть… Причем иногда самый нелепый. У одной знакомой это был люк в подвал, – вздохнула Лариса. – Что толку гадать?
– Ларис, – сказал он, помолчав, – ты тогда про собаку свою рассказывала, ну, когда я в больнице валялся. И говорила, что ненавидишь этот запах из-за того случая… Ведь не только поэтому, да?
– Конечно. Я тогда в ветеринарке… – она вздохнула. – В общем, как будто вернулась в раннее детство, и это было ужасно. Я боялась оттуда не выйти… Всё, спи, Серый, а то выгоню в другую комнату! Мне на работу завтра, вообще-то…